Араб Пётр Великий

И, так как его руки были заняты верёвкой, я легко пронзил его горло шпагой, провернув её для пущей надёжности.

– Заряжай! – Крикнул я. – Огонь по готовности.

Тут же раздался выстрел с носа. И следом вскрик от воды.

Я отошёл от борта, отбежал в сторону кормы и выглянул за борт. Шлюп пытался отчалить, но ветром его прижимало к нашему кораблю. Нападающих осталось пятеро, офицера среди них не было.

Я сунул шпагу в ножны, достал второй кинжал, разбежался, оттолкнулся от кнехта потом от фальшборта и прыгнул за борт.

Свалившись на голову кого-то из нападающих, я зацепился за него остриями обеих клинков и встал в шлюпке. Я стоял в центре небольшой группы оставшихся в живых.

– Не стрелять! – крикнул я.

Заколов и сбросив убитого в море, я зацепил кинжалом второго. Он заверещал, отшатнулся и вывалился за борт. Все нападающие были в добротных кожаных камзолах, несмотря на жару. Третьего я зацепил за камзол остриём правого кинжала и потянул к себе. В руках у него имелась сабля, и он попытался ею махнуть, но споткнулся ногами о труп и упал на меня.

Столкнув в воду очередное тело, я шагнул к следующему, но он прыгнул за борт шлюпа сам и сразу пошёл ко дну. Плавать моряки не умели. Это считалось плохой приметой.

– «Стоит ли верить приметам», – подумал я, и развернулся.

Оставшиеся двое бросили свои кинжалы за борт и вытянули руки перед собой. Я не дал им возможности предъявить мне претензии в суде и взятой из рук вражеского офицера шпагой заколол обоих.

Дорезав раненых, я быстро поднялся на борт, поджёг от дежурного фонаря фитиль и выстрелил из носовой пушки. Посмотрев на запад, я не увидел солнца. Густо алел закат. Осталось минут двадцать до чёрной топической ночи.

– Вахтенные ко мне! – Крикнул я.

Оба живых матроса подбежали.

– К пушкам! – Приказал я. – Зарядить все! Первые на левом борту.

Пушек на караке было восемь на каждом борту и две курсовые.

Вдруг меня кто-то тронул за плечо. Я сделав нырок под руку противника, развернулся и увидел шамана, а за ним его соплеменников.

– Ты как здесь оказался? – Спросил я.

– Стреляли, – ответил он.

* * *

Когда к нам на дистанцию выстрела подошла каракка португальцев, мы встретили её залпом восьми орудий, которые, почти не причинили ей вреда.