Армия бастардов. Книга 2. Молодые боги

 – Антьен и Император Мирны Александр II – законные дети нашего отца, а мы – бастарды. Для них мы – никто и звать нас никак. Как ты там говорил…

– И много нас таких?

– У деда было трое бастардов, включая нашего отца, – ответила Симона. – А у самого отца, если считать с Серафимом, Павлом и атланткой Букашкой, выращенной в пробирке, – тринадцать.

– Ну и ходок, – покрутив головой, произнёс Авель. – Только двое законных и куча бастардов.

– Был ещё один законный, – произнесла Симона. – Его Симоном звали. Его выкрали из дворца в тот день, когда отец погиб.

– Может он с горя прыгнул в этот ваш круг? – предположил Авель.

– Да нет, – ответила Симона. – Принц Симон пропал уже после. Там говорят такой кипиш по всей империи стоял. За любую информацию о нём или похитителях давали 50 миллионов золотых драконов.

– Ничего себе, золотой мальчик! – аж присвистнул Авель. – Эшелон золота за информацию!

– Копейки по меркам Имперских олигархов, – произнесла Симона. – Рем и Ромул, сыновья наших тёток, Веры и Надежды, могут золотом засыпать эту долину на метр.

– Прямо Рокфеллеры, – удивился Авель. – Скрудж Магдак отдыхает. Может попросить их поделится по-родственному.

– Не обольщайся! Говорят, они редкостные козлы и даже отец их не любил.

– Хотелось бы мне побыть таким козлом, – усмехнулся Авель.

– Побудешь еще! – пообещала Симона. – Папка тоже был не бедным. Здесь, в пирамиде, находится наше наследство. Не знаю сколько, но этот ряженый серафим сказал, что на постройку небольшого города хватит.

Авель знал сколько стоит построить обычную жилую девятиэтажку и прикинув сколько может быть в небольшом городе таких домов закрутил головой от удивления.

– Может всё-таки попробуем проникнуть внутрь пирамиды? – предложил Авель.

– Не стоит рисковать, – произнесла Симона. – За такую гору золота воры не то что через горы перелезут, океан переплывут. Лучше дождёмся инструктора.

– Ладно, – произнёс Авель. – А почему отец в Империи одних девок тренировал, что с мужиками проблема?

– Да нет, – ответила Симона.

– Сладколюбцы, – усмехнувшись, произнёс Авель. – Представляю, какая там, в их армиях, бабовщина процветала.

– Вряд ли, – усомнилась Симона. – Говорят, что отец их плётками порол за пролёты.

– Жёстко, – почесал нос Авель. – А по весне поди текучка кадров начиналась?

– Если ты про беременность, то в Империи обязательная блокировка от залётов, – ответила Симона.