Когти Бога 2. Чужие Миры

Но это тебя не касается. Выведешь меня из гетто безопасной дорогой и свободен.

Авторитет прищурился, как бы оценивая, на что способен противник.

– А нету здесь, дружище, безопасной дороги.

Никита шагнул к бандиту, рука полыхнула белым, а голос стал холодным как лёд:

– Значит, – ответил он, глядя Лютому прямо в глаза. – Ты будешь первым, кто её отыщет.

Спустя, примерно, полчаса, Никита вышел к опорам монорельсовой дороги. Лютого он только что отпустил, и тот, недолго думая, растворился в толпе рабочих, идущих на станцию, расположенную неподалёку.

Никита прислонился к одной из опор монорельса и задумался.

«Организации больше нет, – размышлял он, наблюдая за прохожими, которых становилось всё больше. – Значит Гермесу и старику больше нечего опасаться».

Никита улыбнулся, представив, как мастер, сквозь клубы дыма сетует на то, что не успел забрать свой любимый кондиционер – именно ремонт этого ржавого механического чудовища, был для старого гения единственным развлечением.

Он мысленно пожелал удачи и старику, и молодому Гермесу. Над головой прошелестел скоростной поезд, Ник проводил его взглядом.

«Пора и мне отправляться, – подумал он, погружая сознание в потоки информации. – Ещё предстоит отыскать подходящую планету».

«Поверхностным поиском тут не отделаешься, – прикинул Ник, и уселся прямо под опорой, на прохладную землю, поросшую какой-то чахлой травой.

Глава 3. Чёрный

За несколько часов до событий в Гетто

В пылу сражения с мальчишкой, Зевс не заметил, как с поля боя исчез ещё один потенциальный противник – Арес, некогда обучавший его тонкостям работы в Организации.

«А парень время зря не терял, – думал Зевс, не забывая, при этом, перемещаться и следить за противником. – Хорошо чувствует материю, быстро контратакует.

Но затянуться бою помешали два снаряда, вырвавшиеся из земли – Арес привел в действие прыгающие мины–ловушки. Чёрные цилиндры, поднявшись на высоту полутора метров, наполнили воздух сотнями тонких игл. Зевс и его противник успели только инстинктивно заслонить голову руками.

Жгучая боль расползалась от пробитой руки по всему телу, онемела раненая нога – из неё торчало с десяток металлических шипов.