«The Coliseum» (Колизей). Часть 1

 – А десять галантных слов подряд – не слишком ли много для математика? Простите, я хотела сказать трудно… не слишком трудно для математика?

– А «ирония – оружие беззащитных», сказал кто-то из писателей – чуть напрягшись, парировал молодой человек. – А слов – одиннадцать.

– Ах, мы даже такие! Способны к тому же связно, – Галина Андреевна подняла брови. – Тогда совет: представляйтесь «Эдуард Орлов»! Успех вероятнее. Впрочем, продолжайте, м.н.с, вы на верном пути… вот только куда… я открою чуть позже .

– Предлагаю выпить за вас – одинокую и таинственную!

Птицын, не чуя мышеловки и полагая, что стадия, в которой он находился, позволяла большего – решил идти напролом.

– Ну, вот это ожидаемо. Примерно так, года три назад, начинал Самсонов. Можете заметить – прогресс налицо, – она кивнула в конец стола. – Сколько на кафедре? Вы ведь пришли сразу за Бочкаревым? С полгода?

– Восемь месяцев… упустил ставку, старшего… так как насчет тоста?

– А был?

– Ну, как же… за вас, – легкое смущение пробежало по лицу Эдика.

Напор явно упирался в стену.

– Что ж, спасибо за внимательность! – женщина подняла пустой бокал.

Ухажер покраснел и завращал головой в поиске вина.

– Галина! – раздался позади рык. – Давай налью! – Байтемиров с бутылкой красного игристого и уже маленькими глазками стоял не очень уверенно. – Шо за безобразие, черт возьми! Совсем распустили мужиков… Сами пьют, а вам не наливают! Твое здоровье, королева!

– Ой, замечательный тост! Выпью с удовольствием, Тимур Егорович!

– Да, да, ваше здоровье, – поспешил присоединиться Эдик и, ругнувшись про себя, опрокинул рюмку.

Улыбка довольства не сходила с лица женщины ни на мгновение, пока игристое вино не оставило хрусталь. Было видно, что Галина утолила желание не только выпить.

Птицын последние полчаса налегал на водку, причем уже-таки залихватским образом. Видимо, артподготовка, по его мнению, была позади. Однако предмет кандидатской великого Менделеева славится особым качеством – доводить дело до конца.

Именно в тот злосчастный момент Байтемиров отошел, а Эдик уже отчаянно решился на проверенный, как утверждал один из коллег, прием, поднимающий статус на небывалую высоту. Он доверительно наклонился к собеседнице, на что, как ошибочно считал, имеет право, и членораздельно, но важно произнес:

– Галина, вы не читали Анри Мюрже «Сцены из жизни богемы»?.. – поднятая бровь, как и пауза, должны были «увесить» значимость вопроса.