Свет далеких звезд

– Интенсификация, мистификация, транзакция, – пытался вспомнить Стивенс, почесывая седую щетину на подбородке.

– Так дело не пойдет, папаша, у вас будет три попытки, – парень присел рядом с ним на прогретый летним солнцем тротуар.

Воздух был прозрачным и чистым, словно они сидели не в центре многомиллионного города, а в Альпах. Проносящиеся в полуметре над дорогой машины, бесшумные, как мыши в ночи, выбрасывали в воздух клубы бледного водяного пара. На улице почти никого не было, только пара молодых людей, гуляющих рука об руку, и андроиды для выгула собак, катящиеся на гуттаперчевых трансформах, послушно следуя за своими подопечными.

– Я стал часто забывать… – медленно проговорил Стивенс. – Все эти новинки, техника, раньше все было гораздо проще.

– И отнимало кучу времени и сил. Всякая уборка дома, покупки в супермаркетах. Я слышал, что тридцать лет назад вы и готовили сами…

«Всего тридцать лет, какие-то тридцать лет, а я словно оказался в другом мире. И я почти уже ничего не понимаю в дребезжащих, бренчащих, отовсюду звонящих гаджетах, которые через месяц можно выбрасывать на помойку, потому что появилось нечто поновее и покруче», – размышлял старик.

– Я просто не всегда поспеваю за новшествами. У меня есть сын, он помогает, как может, но мир сегодня меняется слишком быстро.

– Вы думали об этом? – парень указал пальцем на возвышенность, расположенную недалеко от автокольца, серой лентой опоясывающего город. Даже отсюда можно было разглядеть длинный пятиэтажный дом в колониальном стиле, с большими окнами в деревянных рамах и лепниной на фасаде, с яркой лазерной вывеской «Центр ГеронтоАдаптации», проецируемой в небо над крышей.

– Центр стариковской адаптации к нормальному миру? – усмехнулся Стивенс. – Ну нет, рано списывать меня со счетов, молодой человек, – обиженно сказал он. – Эмансипация! – он вдруг вспомнил затерявшееся в памяти слово.

– Что? – не понял парень. – Что это еще за фигня такая?

– Эмансипация! – проорал обрадованный Стивенс в коммуникатор.

– Идентификация код-голос принята, – сообщил невидимый глазу автомат-охранник. Щелкнул замок на входной двери, затем раздался еще один щелчок внутри темного коридора.

– Держитесь, сэр, и удачи, – от души пожелал парень, провел рукой по высокому начесу, браслеты громко звякнули.

Стивенс проводил взглядом его удаляющуюся фигуру и снова посмотрел на «Центр ГеронтоАдаптации».