Мир внутри нас. Серый город

Старейшины сразу оживились и принялись шептаться, но по их виду мэр понял, что в очередной раз не найдет одобрения среди этих стариков, просиживающих свои дряблые задницы много лет без всякой видимой пользы для города. В их глазах он прочитал только две эмоции: недоверие и страх.

– Это слишком рискованно! – вставил один из них.

– Автономия завода защищена городской конституцией! – прошамкал один из самых старых представителей правительства, потрясая в воздухе тонкой потрепанной книженцией. – Ее нельзя нарушать!

– Но есть другие ходы, лазейки, благодаря которым можно обойти некоторые пункты конституции.

В юридическом праве есть…

– Нет! Это исключено! – прошамкал старикашка и хлопнул книжкой по столу.

– Да, да, слишком рискованно… Завод уже тысячу лет здесь, пусть будет и дальше. Так спокойней, а спокойствие – это главное для нас, – раздавались голоса с разных сторон стола.

Мистер Толбот понял, что эта битва проиграна. Он пытался уже несколько раз решить этот скользкий, но тем не менее важный для него и для города вопрос, однако до сих пор все было безуспешно.

– Ладно, – выдавил он из себя притворную улыбку, – давайте поговорим о более насущных вещах – о развитии экономики нашего города. Чтобы экономика развивалась, нужна конкуренция, а конкуренция не возьмется из ниоткуда, ее надо поощрять. Я предлагаю объявить конкурс проектов по созданию предприятий. Если предприятие отвечает определенным требованиям, то автор проекта получит пятьсот зеленых на его организацию.

Победители конкурса же получат пять тысяч зеленых в виде премии и дополнительные деньги из фонда на ведение бизнеса, а кроме того – послабление в форме налоговых каникул на пять лет. Мне нужно, чтобы вы подписали это распоряжение, – и он достал из кожаного портфеля несколько криво скрепленных бумажных листов. Листы пошли из рук в руки, старейшины нехотя подписывали их.

«Такое чувство, что им было даже лень поднять руку и поставить завитушку! – так думал мистер Толбот, с легким презрением оглядывая старейшин.

 – И с этими людьми я работаю? Главное, чтобы самому не деградировать».

– Мистер Толбот, сэр, – донеслось чье-то шептание. Мэр снова обвел глазами зал, но старейшины по-прежнему шелестели бумажками и, казалось, забыли о существовании мэра как личности.

– Мистер Толбот! Я здесь! Дело очень важное, уделите мне время, – шепот доносился сзади. Мэр оглянулся и увидел начальника полиции, стоящего в дверях, тот был явно чем-то сильно взволнован.