«Пиджак» в кителе

Когда все поняли, что бумажный зверь меня скоро удушит и у меня никаких сыновей не будет, добрые женщины сократили обед и в течение получаса разобрали все бумаги, а меня доблестно изгнали на территорию проверять сверхнормативные остатки, где среди куч никому не нужных проводов, кабелей, оплёток, ржавых станков и непонятных агрегатов я и дождался повторной повестки в армию.

Глава 3

В военкомате всё произошло быстро. Мне выдали предписание, проездные, ещё какую-то муру. Я пришёл домой, говорю:

– Мама, я уезжаю в армию.

К тому моменту мой студенческий брак, с таким усердием выхоженный, высиженный моей сокурсницей Таней у нас дома в моё отсутствие в ожидании меня и отполированный ложной беременностью, совершенно разладился. Моя тогдашняя жена крутила романы в своём проектном институте, я был в очередной раз безоговорочно влюблён в роскошную, продвинутую и начитанную сотрудницу Дома печати Лену. К моменту призыва у нас с Таней уже была дочь, умер папа… Вот я сейчас пишу – и понимаю, что даже одного из этих событий хватило бы для стресса на полжизни.

Бедная моя мама, мы жили у неё… Никогда не забуду, как она собрала мне вещи и спросила:

– У тебя деньги есть?

– Пятьдесят рублей, – скромно ответил я.

Мама молча пошла в свою спальню, вышла и протянула мне коричневую купюру. Сто рублей. Мне стало ужасно стыдно. До сих пор помню то чувство: так стянуло душу, когда я увидел её абсолютную беззащитность. Похоронила мужа, за которым всегда жила, как «за МУЖЕМ». Их удивительная любовь стоит особняком в моей памяти.

Очень редко я видел такое. Наверное, больше никогда. Сын уезжает неизвестно куда. Она остаётся с его женой, маленькой девочкой и приёмной дочерью шестнадцати лет. Мои родители забрали мою двоюродную сестру, когда ей было четырнадцать лет, из Костромы после трагедии с её родителями. И вот всё это на маме. Я, наверное, прямо сейчас бы заплакал, если бы мог… Тогда я поборол в себе жалость, будучи уверенным, что всё смогу в этой жизни, не потеряюсь. Стыдно…

Служить меня отправили недалече. В Приволжский ордена чего-то там военный округ. В город Куйбышев. Город оказался пыльным, замусоренным и совершенно без «Жигулёвского» пива. Настроение было не очень. Переться куда-то… В общем, не считая стройотряда, я надолго из дома ещё и не уезжал.

Штабом округа оказался комплекс зданий, посередине которых был… плац. Ну, как без него. Я не понимаю, кстати, на кой ляд до сих пор в армии есть строевая подготовка.