«Пиджак» в кителе

Надо понимать, что при общем дефиците женского пола иметь симпатии от одной из них, да ещё если она работает официанткой в офицерской столовой, – это был высший пилотаж. Но нам, только окунавшимися в войсковые будни, сразу этого было не понять.

– Выпить хотите? – спросил Константин.

– Ну, хотим, – ответили мы.

– Пошли…

Мы зашли в фойе общежития. Прямо напротив входа стояли, облокотившись друг на друга, два совершенно нетрезвых джентльмена. На руках у них были надеты боксёрские перчатки.

– В клинч вошли, – резюмировал Константин.

Лица у джентльменов явно носили следы ударов, но держались они достойно. Друг за друга. Один из них, как потом выяснилось, был тоже выпускником нашего института. Олег Абдразяков.

– Куда пошли? – откуда ни возьмись нарисовалась маленькая вахтёрша. – Без прописки нельзя!

– Тёть Зоя! Это же наши уфимские «пиджаки»!

– Нельзя, сказала же!

– Ладно, с ней бесполезно… – он обречённо махнул огромной рукой со странно маленькой кистью. – Вы где поселились, в гостинице?

– Да, – становилось интересно.

– Идите туда, я сейчас приду.

Константин повернулся и развалистой походкой тяжелоатлета зашагал по лестнице внутрь. В нашем номере он оказался, наверное, через полчаса. В одной руке у него была трёхлитровая банка с прозрачной жидкостью, заполненная наполовину, в другой газетный кулёк.

– Спиритэ?, – сказал Костя, аккуратно опуская банку на стол.

В газетном кульке оказалась одна котлета, которая лежала поверх семечек.

– Я чего задержался-то: пацаны увидели, что я с банкой иду, пришлось с ними угоститься.

Стаканов оказалось два, капитан пить отказался. Костя налил по полстакана спирта, долил почти до краев водой, пододвинул один мне:

– Давай! За встречу! – он увидел, наверное, моё лицо. – Да не бойся! Смотри…

Он открыл рот так, что туда поместилась бы вся банка, и ловко вылил содержимое гранёного стакана внутрь, проглотил одним глотком и уверенно занюхал котлетой.

– А-а-ах! – громко выдохнул он. – Крепка советская власть!

Я разлил свою порцию на две, себе и Коле. Коля, к моему удивлению, замахнул – конечно, не так, как Константин, но со знанием дела. Я даже и не пытался повторить их подвиг и начал тянуть тёплую вонючую спиртягу, не задерживая её во рту. Константин смотрел на меня с искренним сочувствием.