Барбаросса

Он, бросив один взгляд в сторону горизонта, другим – оценив свой галиот, третьим – пробежавшись по спинам гребцов, приказал:

– Снимайте чалмы!

Никто не понял, пираты загудели.

– Раздевайте пленников!

Ах вот оно что, дошло до людей Харуджа, и работа закипела. Очень скоро «Золотая» ничем уже не напоминала только что захваченное судно, тем более судно, захваченное сарацинами.

Харудж послал нескольких пиратов на борт галиота для того, чтобы они развернули его в кильватер «Золотой» галере.

– Мы сделаем вид, что генуэзцы захватили нас в плен, это позволит нам спокойно приблизиться к той, второй галере, – сообщил он Фикрету и двум другим своим помощникам, громадному берберу с клеймом на лбу и горбоносому бровастому арабу.

Все трое, немного подумав, разразились восхищенными криками, до такой степени блестящим представлялся им план вожака. Они давно уже привыкли, что Харудж Краснобородый находит выход из любой, даже совершенно безнадежной ситуации, но это не мешало каждый раз восхищаться им заново.

Они тут же бросились организовывать подчиненных им людей. Фикрет обратился к галерникам на всех известных ему языках с просьбой помочь в важном деле.

– Чем? – спросили его.

– Вам нужно делать то, что вы делаете всегда, – грести как следует. И не подавать виду, будто здесь на борту что-то не так. Я вас прошу, но если кто-нибудь решится ослушаться и попробует дать генуэзцам сигнал… Я лично перережу ему глотку, – так закончил Фикрет свою дружелюбную речь.

Слегка виляя, из-за того что у нее во время абордажа были повреждены весла левого борта, «Золотая» медленно, но гордо пошла навстречу «Бирюзовой».

Капитан последней был весьма удивлен увиденной картиной. Он получил, так же как несчастный Пицци, вполне определенные инструкции – ни в коем случае не ввязываться ни в какие действия до тех пор, пока ценный груз не будет доставлен в Чивитавеккья. Он очень нервничал из-за того, что его галера оказалась столь тихоходной, и ужасно завидовал этому негодяю Пицци, потому что кардинал, выбрав его корабль, как бы поставил капитана «Золотой» над капитаном «Бирюзовой».

И вот теперь, оказывается, есть повод для того, чтобы зависть его сделалась еще более жгучей. Этот Пицци умудрился пленить какое-то враждебное судно. И сделал это на глазах у такого человека, как кардинал Колона.

Если бы офицеры «Бирюзовой» не переговаривались весело и шумно, глядя на приближающуюся парочку, связанную буксиром, они могли бы услышать, как у их капитана скрипят зубы.