Высокие устремления. Высокие отношения-2

 – Рыжий, ты только не пугай никого!

– На приступ, господа компанейцы! – неожиданно громко скомандовал Лукас, махнув в сторону кабака.

Не слышанное ранее обращение, на миг погрузило компанию в тугую задумчивость. Но, не найдя ни капли оскорбления, наемники заулыбались, и полезли из седел.

– Мы тут, мы тут! На охране! – тут же заявил Флер. К нелюбви мастера гиен шляться по злачным местам компания привыкла давно, и вопросов не задавала. Ну не любит человек находиться среди стен, и ладно. Лошади с поклажей, опять-таки, всегда под присмотром.

Судьба негодующе взвыла – гиене хотелось под крышу, в тепло. А не мокнуть на грязной площади под дождем – пусть мелким, но все равно – мерзким и холодным.

– Не думаю, что в кабаке будут ей рады, – протянул Лукас, погладив зверюгу по затылку. Мяур отвернулся, сделав вид, что не заметил столь явного предательства.

– А не похеру ли? – удивился Керф. – Главное, чтобы пиво приносили, а с какими рожами – это плевать!

– Так в пиво же и наплюют! – резонно возразил студент.

– Чего не видел, того не было! – отрезал мечник. – Лишь бы не ссали!

– Значит, можно тебе подзатыльники незаметно отпускать? – потер руки Рыжий. – Раз на затылке у тебя глаз нету? Мне ж легко!

– Риск – дело благородное, – намекнул Керф.

– Не, с тобой скучно рисковать – ты пинаешься, как дюжина ослов!

– А ты не подкрадывайся!

Двери распахивались неохотно… А потом, подхваченные сквозняком, распахнулись, чудом не пришибив Пуха.

В кабаке появление компании встретили молчанием. Оно продлилось ровно миг – и посетители вернулись к прежним занятием – выпиванию, закусыванию, игре в кости и карты, и вялому мордобою – даже без поножовщины! Разве что кто-то обругал всяких ходунцов, напускающих холодрыги. Но ругали тихонько и неразборчиво, опустив гнусную клеветническую харю к столу, поэтому, кому ее бить было совершенно не понятно.

Пройдя по широкому коридору меж полупустых столов, компания подошла к стойке. Из-за нее тут же вынырнуло два трактирщика, крупных парня с бледными от затворнического существования, рожами.

– Пива, уважаемые, – для ускорения Керф высыпал несколько медных монеток.