Паруса смерти

– Почему ты сам не отправился к губернатору? Он может оскорбиться, – осторожно поинтересовался Моисей Воклен, когда после первых пятнадцати бокалов они вышли на улицу.

Олоннэ улыбнулся:

– Не считай, что я об этом не подумал.

– Тогда я жду приказаний.

– Ты сейчас отправишься во дворец с зелеными жалюзи и сообщишь о моем прибытии.

– Ему, наверное, уже человек сто об этом сообщили.

– Не важно, каким быть, первым или сто первым, главное – прийти вовремя. Так вот, ты придешь и скажешь, что капитан Олоннэ просит разрешения прибыть с докладом и хочет узнать, когда это сделать удобнее, чтобы не нарушить планы его высокопревосходительства.

Воклен потер толстый лоб.

– Это так вежливо, что будет выглядеть оскорбительно.

– Не думаю. Ступай. А мы с Роже прогуляемся до нашего дома.

Глава десятая

«Этуаль» выволокли на берег. Три десятка матросов, вооружившись специальными скребками, приступили к очистке дна от всяческой налипшей на него дряни. Корсарский корабль должен быть в бою вертким, как дельфин, иначе ему ни в коем случае не выстоять против тяжелых многопушечных испанских судов.

Горы морских водорослей, ракушек, планктона, всего того, что соскабливалось с выпуклого днища, тут же сжигалось на огромных кострах. Получившийся в результате пепел продавали местным фермерам чуть ли не по цене серебра. Здешние красноземы истощались очень быстро, и не было лучшего удобрения, чем «корсарский пепел».

Нашлась работа и многочисленным тортугским плотникам.

Пришлось менять бизань-мачту, треснувшую почти по всей своей длине после попадания пятифунтового ядра во время сражения на рейде Коахиры. Это было самое тяжелое повреждение, но имелась в наличии и масса мелких, которые заделывались собственными силами команды во время плавания. Почти все палубные надстройки были в деревянных заплатах. Фальшборта походили на сито, многие реи обломаны, полубак напоминал руину. Пришлось также перетягивать весь такелаж, каждый фал, каждый канат.

Специально выделенная команда из восьми матросов занялась заготовкой мяса. Во-первых, это было намного дешевле, чем покупать, а во-вторых, еда, сделанная собственными руками, как-то надежнее: есть гарантия, что в бочке с солониной окажется именно солонина, а не позапрошлогодняя падаль. То же касалось и воды, этим, по традиции, всегда занимались те, кто должен был выйти в плавание.

За производством работ и всеми приготовлениями надзирал Моисей Воклен.