Белая рабыня

Сейчас же, подогреваемые видимостью успеха – как сверкают глаза! как вздымается грудь! – они утроили усилия. Очень уж роскошным рисовался результат этих усилий: красота Лавинии, оправленная в биверстоковские миллионы. Впрочем, для большинства из них на первом месте стояли миллионы, о чем догадывалась Лавиния и почему она их всех и презирала.

Мисс Биверсток резко оборвала их псевдосоловьиные трели, не подумав извиниться, и отправилась к выходу из гостиной. Нет, даже не так – она решила поболтать с дворецким, с этим громадным мулатом.

Очень удивился и Бенджамен, до этого убежденный, что мисс Биверсток смотрит на него в лучшем случае как на мебель, и уж, конечно, не представляет, как его зовут.

– Бенджамен, дорогой, – сказала она, подойдя к нему.

Старый слуга был не только удивлен в этот момент, но и польщен. Вообще-то в большинстве домов Порт-Ройяла практиковалось патриархальное, простое отношение к слугам, но ожидать этого от такой дамы, как мисс Лавиния, было трудно.

– Мне нужно кое-что узнать о твоем хозяине.

– О его высокопревосходительстве?

– Нет, нет, о сэре Энтони.

– Что именно, мисс?

– Он ведь служит и, стало быть, иногда выходит на патрульном корабле вокруг Ямайки?

– Точно так, мисс.

– Ты, наверное, знаешь, когда у него очередной выход?

– Безусловно.

– Я собираюсь устроить праздник у себя дома, и мне не хотелось бы, чтобы сэр Энтони его пропустил.

– Я понимаю, мисс, он выходит послезавтра на рассвете.

– Спасибо, Бенджамен. – Лавиния легко коснулась ладонью его атласного лацкана. – Ты мне очень помог. И вот еще что, лучше не рассказывать никому, о чем мы с тобой говорили. Это может быть неверно истолковано, в Порт-Ройяле много злых языков.

– Я понимаю, мисс.

– Поэтому ты сделаешь сейчас вид, будто я подходила к тебе всего лишь с просьбой принести мою мантилью, ладно?

– Слушаюсь, мисс.

Бенджамен тут же отправился выполнять приказание. Как только он вышел из поля гипнотического обаяния этой юной леди, у него в душе зашевелились непонятные сомнения. Он не мог понять, почему, хотя мисс Лавиния не заставила его сделать ничего дурного, он чувствует, что поступил не слишком хорошо.