Ловушка

У Инги образовался своеобразный вакуум общения в семье.

Это пространство заполнила Ольга Витальевна. Она умела выслушать Ингу, дать правильный совет, обсудить проблемы Ксюши. Сдержанная в разговорах, Инга изредка затрагивала даже тему своих отношений с Сергеем. Ей была необходима отдушина. Как-то так получалось, что в сложные моменты жизни няня всегда была на ее стороне.

Когда Сергей решил съехать из дома и пожить один, Инга рассказала об этом няне.

Та мягко взглянула в ее глаза и сказала:

– Инга Михайловна, дорогая! Это его решение, и никто его не изменит.

Он прав, другого варианта нет. Сколько можно жить вместе, ненавидя друг друга?

– Мы не ненавидим. Просто хотим пожить по отдельности, – ответила на это Инга.

– Когда мужчина больше не любит и боится в этом признаться, он всегда говорит, что хочет пожить по отдельности. Но так будет лучше для Ксюши. Она все видит и чувствует. Завтра, не дай бог, у нее начнутся психологические проблемы. Расставание с отцом-нахлебником – лучший вариант для нее.

Инга не была полностью согласна с этим. Но Ольга Витальевна умела подбирать аргументы.

«Что со мной происходит?! Кто они, чего хотят? Господи!..» – Главбух Алина Горбунова лихорадочно пыталась сообразить, в какую западню она попала.

Тем временем Кирилл продолжал говорить:

– Не дергайся! Ты сделаешь так, как я скажу, при любых обстоятельствах. Если выполнишь все в точности, то все вы останетесь живы. Я стану считать, что мы в расчете. Хотя лично ты будешь платить не по своим счетам.

 – Он замолчал и раскрыл папку, лежавшую у него на коленях.

Краем глаза Алина увидела платежки кипрского филиала их банка, юридически никак не связанного с ним. Эта контора была офшорной помойкой, ключевым звеном в перекачивании денег по всему миру.

– Солнышко, тебе надо поставить свою подпись вот здесь и здесь. Да ты и сама знаешь. Еще ты отдашь мне флешку с электронной подписью и напишешь коды доступа для подтверждения валютных переводов.

Горбунова отчего-то перестала отчетливо слышать слова Кирилла.

Ей показалось, что ход времени изменился. Оно стало каким-то пластичным, растянутым, что ли. Все, что происходило вокруг, стало нереальным. Алина вдруг ощутила, что наблюдает всю эту картину не от первого лица, а как-то со стороны. Потом это чувство прошло. Его место занял страх, холодящий душу.

– Тогда мне не придется знакомиться с твоей дочкой! Ты меня поняла?

Алину не стоило долго убеждать. Ведь все было так просто.