Гиперборея

За пожилой Зайкой водился этот грешок, но проблема прогулять собаку зимой заключалась в том, что Зайка терпеть не могла надевать костюмчик, а выводить старую больную чихуахуа голую на улицу было совершенно невозможно. Алиса полчаса боролась с собакой, запихивая ту в красный комбинезон. Зайка рычала и не больно покусывала хозяйку, Алиса сердилась.

– Перестань дрыгаться, лапу давай! – командовала она.

Зайка извивалась, когда правая лапа оказывалась в штанине, левая выскальзывала из одеяния и приходилось засовывать ее снова.

Наконец, все конечности были одеты, вспотевшая Алиса застегнула замочек.

– Господи, как мне это надоело! – пожаловалась она громко, всунула ноги в угги, накинула пуховик и вытянула Зайку за поводок в подъезд.

– Шапку! – крикнула вслед бабушка, но Алиса уже захлопнула дверь.

Как же хорошо на улице! Даже не верится, что это начало января. Во дворе, закрытом с трех сторон домами, не было ни малейшего ветерка. Уже темнело, и в голубоватом полумраке включались оранжевые уличные фонари.

С неба сыпались огромные снежинки. Алиса подняла к небу лицо. Снежинки невесомо парили, ложились на теплую кожу и таяли. И тишина вокруг. Уставшие встречать новый год люди сидели по домам или разошлись по гостям, из окон нижних этажей слышался радостный шум, но этой прохладной синеве он совсем не мешал.

Зайка нетерпеливо тявкнула. Она не любила гулять, мерзли лапы, поэтому быстренько сделав все свои дела, собака просилась домой.

– Ну пошли, – Алиса вздохнула, взяла дрожащую любимицу на руки и двинулась к подъезду.

Придя домой, она сбросила пуховик, вытерла мокрые собачьи лапы, освободила Зайку от ненавистного комбинезона. Не зная, чем бы еще заняться, она побрела в свою комнату. На спинке стула висело платье. Странно, что бабушка его все еще не повесила в шкаф, обычно она не выносила беспорядка. Алиса взяла платье, приложила к себе. Красивое. И дорогое. Наденет ли она его еще раз? Алиса достала вешалку, встряхнула платье, просунула вешалку в ворот и повесила наряд в шкаф.

Потом еще раз провела по тонкой ткани ладонью. Ей вдруг вспомнилось, как смотрел на нее Кирилл. Кажется, он сказал, что она хорошо выглядит. Было приятно.

Надо позвонить ему. То, что произошло вчера, совершенно выбило ее из состояния равновесия, она думала только о себе, уехала, бросила его. Но, оправдывалась Алиса сама перед собой, она и сама была не в состоянии думать, и слушалась единственного человека, который управлял ситуацией – Клементину.