Путь силы. Первый пояс

Пусть я больше не сумею опустошить место силы, но шестая и седьмая звезда будут моими. Этого уже должно хватить, чтобы суметь ранить даже управителя стражи.

А если мы войдём в Миражный, и я сумею получить ещё и какой-нибудь артефакт Древних, то вместе с Флагом сумею победить почти любого и не буду больше колебаться. Тем более, что даже Волк, присматривающий за мной, не знает об этом секрете. Я оценивающе оглядел Мириота. Как не знает и об Указах.

– Хорошо.

– Леград!

Я скосил взгляд в сторону мамы, отрезал:

– Ошибки нужно исправлять.

– Леград!

Волк отвернулся, демонстративно отошёл к столу, принялся перебирать лежащие на нём бумаги. Мама метнула на меня умоляющий взгляд, но я смотрел только на испуганную Лейлу и сам не узнал своего голоса:

– Договорились, Мириот. Выдели моей семье место в нашем отряде.

Глава 2

Как же могут орать все эти Воины!

Я покачал головой то ли в восхищении, то ли в недовольстве, не в силах понять самого себя. С того дня, как мы заключили договор с Мириотом, наши отношения стали странными: я окончательно отбросил вежливость, обращаясь к нему как к равному, он же ни словом, ни жестом не показал недовольства этим, словно принял как должное.

А вот Риквила это перекашивало так, что услышав моё «ты» к своему главе, он схватился за меч. Лишь окрик самого Мириота заставил его остановиться. Это сбивало с толку, заставляло раз за разом вызывать в памяти тот самый разговор.

Кто сказал, что называй он меня по-прежнему пренебрежительно младшим, я бы возмутился или отказался? Не знаю, как сложится у нас в дальнейшем, но пока мы нужны друг другу.

Плохо то, что в стенах города Древних моя полезность обесценится, и всё в один миг может перемениться.

Это не только мои мысли, но и мамины. И хотя сейчас она не смогла так же, как и с Орденом, с жаром сказать мне, что этот путь кажется ей смертельным, но доводы приводила вполне логичные. Столкнулись две правды, и я выбрал свою. Что бы ни случилось, но упустить этот шанс получить силу, так необходимую мне, чтобы вырвать родных из рук Ордена, я не могу.

Как не могу не попытаться исправить главную свою ошибку… увечье сестры. Как бы ни плакала мама, обвиняя себя, но первопричину бед это не изменит. Жадность, желание получить всё здесь и сейчас, отвратительная привычка сорить деньгами, которая взялась неизвестно откуда… Мама верно говорила: я просто не знаю цену деньгам. Не знал… Теперь же понял, почему воинскую яшму называют кровавой.