Кузня крови

Но знать бы ещё, что это за Кузня…

– Юный господин, вам неинтересно?

Опомнившись, я поднял взгляд на сабио, и сам задал вопрос:

– Сабио, а что за место Кузня Крови?

Он нахмурился, неуверенно пожал плечами:

– Не могу ответить, юный господин, хотя мне кажется, что в молодости я слышал это название.

Я разочарованно скривился:

– Жаль.

Сабио лишь развёл руками:

– Если я не сумел ответить на ваш вопрос, то, может, хоть вы сумеете ответить на мой, юный господин?

Хотел бы я это сделать, только вообще не помню, что он говорил весь прошлый час.

* * *

Едва за Лиалом закрылась дверь, как леди Терсия с расстановкой выдохнула:

– Кузня Крови? – И тут же потребовала: – Объяснись, Нумеро.

Он покачал головой, поставил локти на стол, сцепив перед собой пальцы:

– Ну уж нет. По очереди. Я мёрз во льдах три месяца, чтобы едва не лишиться сына? Что за бред я только что услышал про бегство Лиала и случайно попавшегося ему на пути воина-клятвоотступника? Мне что, половину солдат замка порубить за сон на посту?

Терсия страдальчески поморщилась:

– На них как раз вины нет.

Нумеро потёр лицо, задумчиво произнёс:

– Количество бреда стало лишь больше. С чего он вообще загорелся такой глупостью? Наследник Денудо лично защищает безвестные выселки? Сколько там, пять дворов? – Видя, как кривит губы жена, Нумеро замолк, а затем с гневом потребовал: – Терсия!

Она помолчала несколько ударов сердца, нерешительно начала:

– Я… Я немного изменила нагрузку Лиала на занятиях, ну, на занятиях мечом.

Нумеро грохнул кулаком по столу:

– Бесхребетный слизняк. Так, значит, в верности Креод клялся на алтаре мне, а приказы выполняет твои?

Терсия вскинула руки, обращая их ладонями к Нумеро:

– Он клялся служить всем Денудо!

Это ничуть не успокоило Нумеро:

– Но, выбирая между моими приказами и твоими, он выбрал тебя.

Терсия вспыхнула, вскочив, прошипела:

– Не смей! Чтобы я этого не слышала.

Нумеро прокатил желваки по скулам, кивнул:

– Хорошо, хорошо. Я замолчу. Но ты сейчас постарайся не упустить ни слова в своём рассказе.

* * *

Вечером, когда я уже лежал и пялился на колышущиеся за балдахином тени, они исчезли, дав мне понять, что кто-то вошёл в коридор.