Рыжая ведьма и Мальчик-шаман

Потом он куда-то исчез и вернулся только через полчаса с небольшим ящиком, где лежала губка, обвалянная в тальке. Поставил его напротив столба и только тогда открыл запись для тех, кто желал попытать счастья. К этому времени актеры, закончив репетицию, ушли. На подмостки поднялся оркестр, заиграл популярные песенки. Столб с фигуркой жертвенного человека обступила большая толпа зевак. И вот наконец-то явились Иксочитли и Тепо. Мучительница была в скромном платье бирюзового цвета и в соломенной шляпке. Зато кривляка Тепочтли вырядился как петух.

Нацепил набедренную повязку, широкие концы которой были расшиты мехом и цветными перьями и пунцовую накидку, разрисованную по подолу головами койота. Когда Науали увидел на площади эту парочку, его сердце болезненно ухнуло: они пришли вместе, да еще и держались за руки.

«Ну и пусть», – сказал он себе. – «Все равно фигурку сниму я». – И представил, как сегодня весь вечер будет держать в своей ладони нежную теплую руку Читли.

– Приветствую, Нау! – Иксочитли с улыбкой протянула ему красный цветок атаауа: – это на удачу.

– Спасибо. – Науали прицепил цветок на лацкан пиджака и перевел взгляд на приятеля. Ехидно поинтересовался:

– Тепо, ты украл у своего прадедушки выходной костюм?

Тепочтли хмыкнул:

– Идем записываться, шутник, а – то придется нашей Читли целоваться с тем полицейским или вот с этим типом в канотье, – он вскинул подбородок, указав куда-то в толпу, – а это уж будет совсем невесело.

– На них уговор не распространяется, – задорно пояснила девушка.

Науали записался первым. Тепо вторым. Когда мужчина в котелке выкрикнул: «Науали Ниман!», тот вышел вперед. Стянул пиджак, отстегнул манжеты, воротничок, и принялся расшнуровывать ботинки.

– Нау! – вдруг окликнул его Тепочтли.

– Что? – поднял на него взгляд Науали. Вид у Тепо был растерянный и какой-то слегка виноватый.

– Я знаю, мы в последнее время не очень ладим, ты меня прости, если что-то не так, хорошо?

– С чего ты это сейчас начал?

– Просто так.

Ты… знаешь, не забывай, что мы все-таки друзья.

И тут, бывают же такие совпадения, – оркестр заиграл старое танго Тлапицаля. Оно было модным еще до рождения Науали, но почему-то до сих пор часто звучало с эстрады и по радио:

Как цветок душистый, как перо кецаля

трепетна ты, дружба радостных сердец…

– Я помню.

– Держи. – Тепо протянул ему вывалянную в тальке губку.

– Спасибо. – Науали наскоро обтер губкой руки, вернул ее приятелю и шагнул к столбу.