Рыжая ведьма и Мальчик-шаман

Что хотела бы познакомиться с ним поближе. «Вот только захочет ли он сам? А вдруг нет?»

Их сближению неожиданно помог бакалейщик. В день пятнадцатилетия Тоналя господин Эуа сказал ему:

– Вот что, разбойник: – отец по-прежнему не давал Тоналю забыть о его пиротехнических грехах. После случая на пустыре словечко «разбойник» применительно к сыну навсегда вошло в его лексикон. Хотя в последнее время отец называл его так больше в шутку: Тональ давно перестал обижаться. – Хватит бездельничать: будешь развозить заказы.

Сын не возражал. Доставил один заказ, второй, а третий, – его нужно было отнести в дом через дорогу, – наотрез отказался:

– Отец, я туда не пойду: – заявил он.

– Придется, сын, – отчеканил господин Эуа тоном, не допускающим возражений.

– Ну, пожалуйста!

– Если не пойдешь, об автобусе можешь забыть. Тем более, ты знаешь, как я отношусь к твоим волосатым приятелям.

Через несколько дней Тональ с друзьями должен был ехать в столицу на концерт электроансамбля «Спаржа восприятия». Поездка полностью зависела от микроавтобуса господина Эуа.

Подводить друзей не хотелось и Тональ, пересилив себя, уступил. К тому же если он хотел и дальше считать себя никан-тлака, то должен был научиться смотреть в глаза собственным страхам.

– П-привет, – пробормотал юноша, когда застекленная дверь террасы распахнулась и Темакуити со своим рыжим Шолотлем на руках вышла на порог. Со дня злополучной встречи на пустыре она сильно похорошела. Тональ не мог этого не заметить. – А т-твоя ба-бабушка г-где?

– Уехала в гости к родственникам, – отозвалась Темакуити с улыбкой.

Видя, что девчонка, перед которой ему так долго было стыдно, не собирается обрушивать на него громы и молнии, Тональ немного осмелел. Тоже улыбнулся и брякнул невпопад:

– Х-хочешь, научу тебя играть на флейте?

– Давай.

Так они и подружились. Тональ часто стал бывать у Темакуити с заказами из лавки отца. Молодые люди с удивлением узнали, что у них одна и та же любимая книга: «Изгнание богов» Аматля и что оба терпеть не могут тамале[6 - Конверты из кукурузного теста с начинкой.

] с пчелиным воском и саранчой. Они часто беседовали о музыке: у Тональцинтли теперь было много записей модных электроансамблей. Говорили и о никан-тлака:

– Вся их жизнь – это особенная мудрость во всем, даже в самых простых вещах, – рассуждал юноша. – Это п-полная свобода, о к-которой мы со своей цивилизацией даже и не слышали. Когда-то давным-давно мы выбрали к-каменные города, а они – свободу.