Тайна Животворящего Креста

Тозо настороженно следил за ним, лихорадочно пытаясь понять, в какое место побережья его выбросило. Дураццо они точно миновали еще до начала бури. Что там дальше? Дульцин?

– Дульцин? – спросил Тозо подошедшего человека. – Где находится Дульцин?

Человек указал влево от Тозо. Судя по положению солнца, это был юг. Так! И как же далеко на север им удалось подняться? Что там к северу? Будуа, Катторо, Рагуза…

– Будуа? – спросил Тозо. Человек кивнул и указал на север. Итак, он на побережье между Будуа и Дульцином.

– Кто хозяин этой земли? – спросил Тозо, обводя вокруг себя рукой. Человек пожал плечами, бросив короткую фразу: «Нэ розумие».

– Судя по речи, вы венецианец? – раздался голос за спиной Тозо. Тозо вскочил с песка и обернулся. Перед ним стоял седой старик.

– Слава богу, что вы знаете венецианский язык! – воскликнул Тозо, осеняя себя крестным знамением. – Спасибо тебе, Господи, что не позволил сгинуть мне в глубинах моря и послал мне спасителя, который понимает слова моей благодарности, обращенные к нему!

Эмоциональный взрыв обессилил Тозо: он опустился на песок.

– Выпей! – велел старик Тозо. – Вино утолит твою жажду и вернет силу.

Тозо жадно выпил все содержимое чаши. Божественный напиток оказал живительное действие: окончательно исчезли шум в ушах и головокружение, пропал ужасный вкус водорослей и горечи во рту.

– Эта земля принадлежит королю Стефану? – спросил Тозо, возвращая чашу.

– Эта земля принадлежит племени Паштровичей, – с гордостью заявил старик.

– Но ведь вы подданные короля Стефана? – полуутвердительно-полувопросительно произнес Тозо.

– Мы не подданные ни короля Стефана, ни кого-либо другого. Никогда и никому Паштровичи не платили дани и никогда никому не будут платить, – заявил старик, расправив сутулую от груза прожитых лет спину. – Мы союзники короля Стефана. Мы помогаем ему справиться с его врагами, а он помогает нам справиться с нашими врагами.

Тозо поспешно кивнул, опасаясь обидеть гордого черногорца. Он слышал, что жители Монтенегро – Черной горы – отличаются страстной независимостью и не прощают обид никому. Тем более что в этих местах господствовала ортодоксальная Церковь, которую сами схизматики гордо величали Православной, то есть «правильной веры», а ортодоксы не любят всех латинян-католиков едва ли не больше, чем мусульман.