Копье Дракулы

– Похоже, что не выяснили, – подтвердил Причард. – Во всяком случае, больше мне не удалось найти документов с упоминанием копья Дракулы.

Я был разочарован услышанным. Выслушать такую длинную историю о Дракуле и, в конце концов, узнать о том, что копья никто так и не обнаружил! За что же тогда Причард и его покойные коллеги так долго получали деньги?! Мне казалось это невероятным, и я хотел спросить об этом Причарда. Но пока я пытался в уме сформировать вопрос, спросил Тавров:

– Скажите, а у вас была какая-нибудь периодическая отчетность перед заказчиком? Все-таки вы достаточно долго искали копье.

– Да, разумеется! – подтвердил Причард. – Мы раз в месяц отправляли отчеты о ходе текущей работы почтой, и мистер Харрис всегда был в курсе результатов наших исследований.

– Электронной почтой? – задал я уточняющий вопрос, который мне казался почти риторическим, но ответ Причарда удивил меня.

– Нет, согласно указанию мистера Харриса, отчеты мы отправляли через сотрудника американского посольства, который отправлял их дальше дипломатической почтой.

Мы с Тавровым переглянулись и почти одновременно спросили:

– Мистер Харрис работал на американское государство?

– Нет, что вы! – воскликнул Причард. – Ему указал этот способ связи мистер Харрис как быстрый и надежный. По его словам, наш заказчик имел связи в Госдепартаменте и для обеспечения секретности решил пользоваться дипломатической почтой. Я упаковывал отчет в обычный большой конверт, писал на нем «Госдепартамент, офис 269» и передавал работнику посольства.

– А вы были в курсе работ ваших коллег? – спросил я. – Вас знакомили хотя бы с отрывками их отчетов?

– Очень редко, – ответил Причард. – Аналитическим центром был Харрис. А мы собирали для него информацию. Лишь иногда Харрис давал указания, по каким направлениям провести дополнительные исследования.

– И вы нашли такие материалы? – поинтересовался Тавров.

Причард развел руками и рассмеялся:

– Честно говоря, я был несколько озадачен столь настойчивым требованием сосредоточиться на поисках того, что искренне полагал несуществующим.