Королевский флеш

Элиас съёжился, инстинкт самосохранения повис у него на плечах, но проклятая весёлость, царапаясь как кошка, которую стараются запихнуть в мешок, заставила сказать:

– Играю.

На столе перед капитаном лежала груда золотых гиней не совсем привычных в трактире, но у Дагонского таможенника может быть что угодно.

Столько денег Элиас мог бы получить, работая всю жизнь, разыскивая скандальные материалы о похождении подвыпивших актёров или известия о разводе, благодаря которому мадам N получила 200 000 фунтов и сошла с ума.

По крайней мере, теоретически это возможно, главный редактор Тербс ценил Элиаса, и ему не грозило оказаться на улице.

Пока журналист размышлял, подстрекаемый к решительным действиям кошмарной весёлостью, капитан разрешил сомнения: отделив от груды золота десяток гиней:

– Играем.

Десять лет работы и экономии, мелькнуло в голове у Элиаса.

Капитан раздал. Элиаса сотрясал озноб беззвучного смеха. Но вот взгляд его упал на валета, и Элиас фыркнул, подумав, что у молодого сановника обязательно должно быть несварение желудка или грудная жаба или ещё что-то в этом роде, с такой кислой физиономией глядел тот с куска картона.

Капитан сказал: – Ещё.

Он держал карты рукой настолько густо покрытой черными волосами, что казалось, ее выставила из-под стола обезьяна.

Элиас тоже взял две карты. Из всех комбинаций у него выстраивался только паршивый стрит: 7, 8, 9, 10, валет разных мастей.

А ещё стрит, в переводе с английского, означает улицу. Внезапно Элиас представил грязную улочку на окраине Дагона, и себя в обнимку с фонарём.

Капитан объявил:

– Я открываю карты.

Элиасу удалось посмотреть на него с чувством превосходства.

Он произнёс:

– Удваиваю ставку.

Капитан мог сказать: «Пас», но, подумав, придвинул к маленькой кучке золота ещё одну.

Всё рухнуло. Карты открылись. У капитана было каре: четыре короля с надменными лицами, отвратительными в безусловности своего торжества.

Элиас выдавил из себя:

– Когда деньги?

Капитан ответил:

– Я даю Вам два дня.

Слово было сказано, и Элиас попал в положение человека, который завтра должен выйти на площадь, и, воткнув лопату в землю, найти золотую жилу. Мир покачнулся. Элиасу показалось, что все над ним смеются. Хотя почему показалось? Так действовало проклятое пойло Конгруэна.