Финист Урван и око василиска

С одной стороны, ему всегда хотелось совершить подвиг и войти в историю финистов как герой, а с другой – до жути боялся провала.

Через минуту, хранитель вскочил с кровати и бросился к вешалке. Вернув письмо снова в тубус, плотно закрыл крышкой. После чего быстро облачился в штаны, дублет и надел туфли. Последним накинул на себя плащ. Едва края мантии коснулись пола, он схватил свой шест и направился к выходу.

Финист спустился со второго этажа в зал. Каждый его шаг по иссохшимся доскам пола порождал жуткий треск.

Внизу никого не было, лишь корчмарь одиноко стоял за барной стойкой и протирал стаканы, попутно напевая мелодию. Трактирщик так увлечённо занимался своим делом, что не обращал никакого внимания на посторонний шум, и не заметил подобравшегося к нему молодого человека.

– Кхе… Кхе… – демонстративно кашлянул Урван, заявляя о своём присутствии.

– О, ты уже проснулся? Как тебе спалось? – любезно спросил корчмарь.

– Спасибо, хорошо, – ровно ответил воин. – Сколько я должен за ночь?

– Так ты уже собираешься уходить? – на лицо трактирщика вылезло удивление. – Я думал, ты останешься у меня минимум на неделю.

– Я очень спешу. Мне надо в Дивногорск.

– В Дивногорск? – громко переспросил трактирщик. – Да до него пятьсот вёрст. Как же ты поедешь туда, если у тебя нет коня? Раздобудь кобылу и потом спеши себе куда надо. У меня есть одна на продажу.

– Ты очень много говоришь.

– Это да, есть такой грех у меня, – вздохнул корчмарь и поставил стакан.

Финист засунул руку в карман и вытащил три серебряных монеты, каждую достоинством в один рубль. Положил деньги на столешницу и посмотрел в глаза хозяину кабака. Трактирщик взял монету и начал вертеть её в руках. Убедившись в подлинности рубля, он дружелюбно кивнул. Урван, заприметив одобрительный жест, также почтительно махнул головой и развернулся, неспешным шагом направившись к выходу.

Корчмарь пошёл следом за воином.

– Как же можно так медленно спешить? – поднял брови трактирщик.

Финист прошёл арку кабака, никак не реагируя на возглас корчмаря, а хозяин подошёл к своду и остановился, продолжая провожать воина взглядом. Урван шёл, опираясь на свой шест словно путник.