Теория нереальности

Окна были непроницаемо черные, а от передних сидений нас отделяла глухая перегородка. Поэтому я не видел, куда мы ехали. Владимир всю дорогу молчал и даже не шевелился, смотря вперед на непроницаемое стекло. Я тоже не открывал рта, пытаясь осмыслить происходящее.

Примерно через полчаса, машина остановилась, и дверь с моей стороны открылась. Владимир сразу же выбрался наружу и замер в ожидании меня. Судя по хлопку передней двери, его напарник тоже покинул свое место. Я судорожно сглотнул, аккуратно вылез из машины и огляделся вокруг.

Мы находились в каком-то подземном гараже или что-то вроде того. Свет был тусклый и стен я не видел – похоже, помещение было достаточно огромным. Вокруг, насколько хватало взгляда, стояли такие же непонятные черные машины. Кроме нас троих здесь никого не было.

Осмотр помещения прервал голос Владимира.

– Следуйте за мной, – сказал он и легонько толкнул меня в плечо.

Мы прошли к лифту и поднялись на двадцать девятый этаж. Сколько ж, интересно, тут, вообще этажей? Не помню таких огромных зданий в нашем городе.

Когда лифт открылся, перед нами оказался какой-то длинный и мрачный коридор с кучей дверей. Свет был очень тусклым, и отсюда не было видно, где он кончается. Меня снова подтолкнули, чтобы я пошел вперед.

Пройдя мимо нескольких совершенно одинаковых, без каких-либо опознавательных знаков, дверей, Владимир, наконец, остановился у одной и толкнул ее. Не представляю, как он определил, что нам нужна именно она.

За ней оказалась маленькая комнатка без окна. Убранство комнаты было бедным – небольшой диванчик, письменный стол и пара стульев. Владимир неопределенно показал рукой куда-то внутрь комнаты.

– Ждите здесь, – сказал он. – Скоро вас допросят.

Я обреченно зашел в комнату. Дверь за мной закрылась, щелкнул замок. Вздохнув от безысходности, я сел на диван, откинулся на спинку и закрыл глаза, пытаясь представить, что сейчас будет.

Почему-то в голову сразу стали приходить картинки из плохих фильмов про допросы. Перед глазами стояли избитые окровавленные люди и злобные дознаватели, с дубинками наперевес. От таких мыслей мои страхи становились только еще сильнее. Хотя мне и хотелось убеждать себя, что в моем случае такого точно не произойдет.

Вдруг я спохватился и улыбнулся. Эти ребята меня даже не обыскали.