Вольные стрелки

– Знаешь, – сказал Цыплаков напарнику и кивая на Глумова, – этот капитан похож на одного парня, который в своем собственном доме насиловал девчонку. На столе дорожки от кокаина, в одном углу принтер печатает фальшивые деньги, в другом – ксерокс размножает фашистскую литературу, посреди комнаты оружие, боеприпасы. В квартиру вламывается группа захвата. Парень поднимает руки и говорит: «Это не то, что вы думаете».

– Знаешь, – подал голос Сергей Глумов, прикованный наручниками к прочному кольцу в стене, – мне наплевать на ваши методы допросов.

– День только начинается.

– Но он закончится. А вот завтра...

– Завтра – это завтра. Тебе нужно думать о сегодняшнем дне.

Цыплаков занял место за столом и с минуту неотрывно смотрел на своего ровесника.

– Играешь в шахматы?

Простой вопрос поставил Глумова в тупик. Он выискивал в нем подвох не меньше минуты.

– Ну, играю. А дальше что? Хочешь со мной сразиться?

– Если изменим правила, – поставил Цыплаков условия.

Глумов хотел было возразить, но Цыплаков остановил его жестом руки: дай ответить на телефонный звонок. Звонил Грин, и это был запланированный звонок.

– Да, Михаил Васильевич. – Долгая пауза. Цыплаков сдвинул брови. Ему не следовало показывать Глумову актерское мастерство, равно как и любые эмоции, дабы не вызвать у него подозрений.

Цыплаков сложил мобильник и засунул его в карман с таким остервенением, как будто это вместилище семечек, денег, кассовых чеков и сопливых платков было до самого колена. Из другого кармана он вынул связку ключей. Выбрав самый маленький, подошел к Глумову и отомкнул наручники. Открыл дверь. Озвучил свои действия короткой командой «на выход».

Вещи задержанных хранились в оружейной комнате на специальном стеллаже. Цыплаков открыл ее своим ключом, поискал на полке картонную коробку, выложил на закрытый спереди стол деньги, сотовый телефон, темные очки, водительское удостоверение и удостоверение личности, брючный ремень.

– Претензий не имеешь?

– Нет, все вещи в целости и сохранности, – отозвался Сергей. – И вообще все было просто замечательно.

– Тогда ставь свой автограф. – На бланке, который назывался препроводительной накладной, Цыплаков поставил галочку.