В Багдаде все спокойно

Нам захотелось подойти к делу творчески и снимать не что попало, бессистемно, а сварганить небольшой игровой фильм. С выбором темы мы долго не раздумывали: в те дни на телеэкраны Советского Союза вышел легендарный итальянский сериал «Спрут» о борьбе бесстрашного комиссара Каттани с мафией, поэтому снимать мы принялись криминальную драму. В духе немого черно-белого кино с последующей озвучкой того типа, когда в «фильме» подыгрывал на пианино тапер. Снимать решили у Фарида дома. В кинопроизводство был вовлечен и его младший брат, Рамиз, веселый студент-медик.

Сценарий писали мы втроем, режиссерами и операторами выступали попеременно, актерами тоже были сами.

Сюжет был незатейлив: бизнес и рэкет.

Вначале в кадре появлялся Рамиз – молодой бизнесмен в костюме-тройке и галстуке-«бабочке», в модных дымчатых очках, который, празднуя, видимо, удачную сделку, исполнял ритуальный танец и обсыпал себя деньгами (для этой сцены мы собрали в кучу всю имевшуюся у нас наличность в рублях).

Танцевал он под оптимистичную мелодию группы «ЛяБьонда». И тут…

… выражение торжества на лице бизнесмена сменяется ужасом, ибо в следующем кадре появляется гангстер-Фарид, в узком сером пальто, в клетчатой кепке и черных круглых очках. Он сумел придать себе вид столь зловещий, что я вздрагиваю до сих пор, вспоминая тот кадр. Звучит тема из фильма «Крестный отец» – в жестком, «металлическом» варианте. Следует беззвучный диалог, в ходе которого становится ясно, что гангстер требует у бизнесмена денег, тот сопротивляется, но недолго, и в конце концов покорно ссыпает все деньги в подставленную Фаридом клетчатую кепку…

…тут кепка случайно падает на пол.

После небольшой паузы следующий кадр мы придумали такой: кепка, полная денег, лежит на полу; в кадр въезжает босая почему-то нога Фарида и подтягивает кепку к себе…

…и тут оба – и рэкетир, и жертва – вздрагивают: появляется новое действующее лицо – ваш покорный слуга.

Чтобы создать некий контраст, я придал себе вид одесского налетчика, а точнее выглядел как Шура Балаганов в исполнении актера Леонида Куравлева: тенниска, белая кепка, сдвинутая набекрень, торчащий из-под нее чуб и широкая улыбка с «фиксой» (роль золотого зуба исполнял мой обычный зуб, обмотанный фольгой от шоколадной конфеты). И руки в карманах. Музыка при моем появлении должна была зазвучать «На Дерибасовской открыла-ся пивная».