Особо охраняемый объект

И это еще одна загадка, над которой стоит поломать голову.

– Ответьте на несколько вопросов. – Красин поставил пустой бокал на столик. – Вы знаете Анвара Эбеля?

Красин этим именем словно воздействовал на определенную точку тела Хассида. Тот приосанился, будто услышал имя покойного президента Египта Анвара Садата.

– Да, – ответил он, чуть склонив голову. – Я знаю Эбеля, но лично с ним не знаком. Если, конечно, мы говорим о том самом Эбеле.

– Я имел в виду египетского миллионера Эбеля, который с малых лет проживал в Каире, хотя имел французские корни – его дальний родственник был французским биохимиком, профессором.

– Да, – снова кивнул Хассид. Он побледнел, предчувствуя более острые вопросы, хотя и эти, на слух невинные, укололи его изнутри.

Он оставил Красина одного и принес бутылку рома. Разливая крепкий напиток в бокалы, он тщетно пытался угадать, в какой связи российская контрразведка заинтересовалась личностью египетского миллионера.

– Расскажите о вашей лаборатории, – попросил Красин, пытаясь разговорить Хассида, снять его внутреннее напряжение.

– Точнее – на Ближнем Востоке, – поправил гостя Хассид. – Молекулярная генетика, – он пощелкал пальцами, подбирая выражение, – идет вперед семимильными шагами, вышла далеко за рамки научных исследований и получила широкое практическое применение в здравоохранении. Наша лаборатория стояла у истоков ДНК-диагностики. За пятнадцать лет существования лаборатории нами накоплен огромный опыт в области анализа ДНК, диагностики наследственных заболеваний и проведения генетической экспертизы.

– Есть такой термин – определение отцовства.

– Определение отцовства-материнства – не термин, это область в генетической науке, – подкорректировал высказывание собеседника Хассид. – Тем не менее вы правы. В нашем Центре молекулярной генетики это так и называется: генетическая экспертиза установления отцовства-материнства. Под моим руководством была разработана эксклюзивная методика определения биологического родства.

– Какова точность вашей методики? – спросил Красин.

– Она соответствует международным требованиям генетических экспертиз такого рода, – ушел от прямого ответа Хассид. – Она превосходит любой из существующих методов.

Поняв по выражению лица гостя, что тот ждет конкретного ответа, Хассид сказал:

– Мы гарантируем достоверность не ниже… – Он вынул из нагрудного кармана авторучку и написал на листе бумаги: 99,99 %.