Директива – уничтожить

Романов вдруг напрягся и, потянувшись к Юльке, правой рукой быстро сунулся к поясу.

Стремительный бросок Антона не позволил капитану схватить девушку за руку. Однако Романов уже сжимал рукоятку пистолета. Антон провел прием, сбив ногу капитана и рванув его на себя. Прижимая его к себе и разворачиваясь, Антон с прогибом бросил капитана через грудь и плечо, влетев вместе с ним в прихожую.

Романов, оказавшись под Антоном, мгновенно вывернулся, уходя от болевого приема, но попал в невыгодное для себя положение – оказался на коленях и локтях.

Такого момента Антон упустить не мог. Стоя на одном колене, он захватил капитана руками за плечо и, резко выдохнув, перевернул его на спину. Пистолет отлетел к двери, и Антон уже намертво держал командира роты, надавив предплечьем ему на горло.

Что-то подсказало Юльке, что ей не следует кричать, надо просто зайти в квартиру и закрыть за собой дверь. Она выполнила эти указания и подняла с ровно покрашенного пола пистолет.

Еще недавно полы были совсем другими…

* * *

Романов встретил Антона в гражданской одежде – в хлопчатобумажном трико и вылинявшей рубашке без пуговиц; края рубашки он завязал узлом на животе.

Конспиративно подмигнув, он спросил:

– Никто не видел тебя?

– А кто учитель-то? – улыбнулся солдат.

– Вот это правильно, Антон, держись меня, будешь настоящим профессионалом. Ты купил полотно для ножовки?

– Да, – Антон протянул Романову полотно, завернутое в промасленную бумагу.

– Нормально, – капитан взял тонкую полоску и посторонился, пропуская подчиненного в квартиру.

 – Давай заходи. Видишь, как живу?

Романов развел руками и посмотрел на пожелтевшую известку на потолке. Обои в коридоре и на кухне были засаленными, протертыми, их бывший орнамент не просматривался. Полы производили вид давно не крашенных, шпаклевка на стыках досок отлетела, в углублениях скопилась грязь и кое-где можно было заметить вросшие в трещины спички.

– Как тебе это нравится? – спросил Романов.

– Не нравится, – ответил тот. – Начнем с потолка, товарищ капитан?

Романов рассмеялся, хлопнув солдата по плечу.

Потянув его за рукав на кухню, он усадил Никишина за стол и достал из холодильника бутылку водки. Подвинув к нему тарелку с мелко нарезанной селедкой с луком, он разлил водку в рюмки.

– Может, сначала поработаем, товарищ капитан? – несмело спросил Антон.

– Вот что, – Романов продолжал держать рюмку в руке, – давай вне части на «ты», я не намного старше тебя, лет на десять, не больше.