Бешеная стая

Через десять минут я снова постучал в дверь генеральского кабинета.

–?Что на этот раз?

–?Где тут у вас водка? В холодильнике на кухне только сок и минералка. Вы что, спиртное от своего боксера прячете?

–?Хочешь выпить?

Я рассмеялся.

Прошло еще пять минут, и мы, выпив по стопке, смотрели друг на друга потеплевшими взглядами.

–?Вообще-то я на работе не пью, – объяснил я, наливая по второй. – Но сегодня у меня выходной, и я решил провести дома его. – Я снова окинул взором почти что свою гостиную. Чтобы сделать сказку былью, мне оставалась самая малость: сделать то, чего до меня не смогло сделать Министерство внутренних дел в полном составе.

Мне предстояло выслушать покойника и найти людей, которые отправили на тот свет его самого и его мать. Короче говоря, пойти туда, не знаю куда, найти то, не знаю чего. Но банда – это прежде всего организация, поэтому редко когда правоохранительные органы берут верный след после первого ограбления. Та же легендарная «Черная кошка» грабила и убивала на протяжении трех лет. «Бешеные псы» совершили семь или восемь дерзких ограблений.

Я первый раз пил с генералом. И первый раз видел пьяного генерала – с покрасневшими, слезившимися по-стариковски глазами. Я мог бы его пожалеть, но сам был пьян в стельку. И я сказал ему то, что вертелось у меня на языке:

–?Завтра я вам посочувствую, Николай Ильич.

–?Завтра будет другое настроение, – сказал он мне, и я согласился с ним:

–?Завтра утром я сочиню песню «Трезвость», переплюнув Пола Маккартни с его «Яичницей».

Завтра я трезвым взглядом посмотрю в глаза вашего сына…

Глава 3

Зачатие банды

…Я остановил воспроизведение, когда мой виртуальный визави взял паузу. Мы оба закурили: я – сейчас, он – тогда, когда еще был живой. На экране телевизора замер стоп-кадр, на котором снова – расфокусированное, снятое крупным планом лицо Родиона Приказчикова.

Пока я не мог оперировать информацией, хотя немало почерпнул из первого тома видеодневника. Мне предстояло разобраться в своих собственных чувствах: как я отношусь к человеку с его чистосердечными признаниями.

А человеком он был вполне состоятельным. Но, как говорят, богатые иногда такое вытворяют…

Меня поразило начало. У меня сложилось стойкое чувство, что человек на экране пользуется телесуфлером. Хорошо поставленным баритоном он как будто работал над аудиокнигой. Вот его первые слова, первые видеострочки: «…должно быть, был момент тогда, в самом начале, когда мы могли сказать – нет.