На один выстрел больше

Изменила мужу?

Пауза, за время которой Мария выпила вина.

– Да, – наконец сказала она.

– Давно, недавно?

– Все вместе, если это имеет значение.

– Что это значит, мать твою, объясни!

– Всплыла моя связь с одним человеком. Мы встречались пять лет. И все эти годы... я содержала его.

– Вот дерьмо! – чуть слышно прошипел Сантос, мысленно представляя мускулистого альфонса. Подняв глаза на Марию, он спросил: – И что мне теперь делать?

– Для тебя главное – уложиться в срок. Я знаю обычаи семьи не хуже, а даже лучше, чем ты.

У меня есть время? – с надеждой спросила она.

– Неделя, – с небольшой задержкой ответил Сантос. Он знал, что для Марии этот срок – целая вечность. Так получилось, что это он давал ей отсрочку.

Несколько лет Серджио Романо был подручным крестного отца, потом отказался от этой должности по причине болезни: он страдал мозговым атеросклерозом.

Когда Романо спустился на террасу (его комната находилась на втором этаже), Сантос заметил едва заметную улыбку на его губах, и взгляд его стал жестче.

Теперь посыльному не требовалось доказательств: это Романо сдал боссу свою жену и ждал ее смерти.

– Здравствуй, Сантос, – приветствовал он гостя, как и остальные члены семьи, называя испанца по фамилии.

– Здравствуй, Серджио.

– Останешься на ночь?

– Одна блоха сну не помеха, – ответил гость итальянской пословицей.

В эту ночь Сантос не сомкнул глаз. Под утро постучал в спальню Марии. Она открыла сразу. Глаза у нее были сухими, но в ее руке он заметил платок.

– Зачем ты пришел?

– Хочу кое-что сказать тебе.

Она пожала плечами: «Как хочешь». И присела на краешек кровати.

– Гальяно последние несколько месяцев косо смотрит на меня. Он стал старым, и ему все труднее скрывать свои чувства и настроение. Уверен, эта дохлятина и мне присмотрела кусок земли на кладбище. Мария, ты – последняя в моем послужном списке. Винни Подкидыш уберет меня по возращении.

Он взял женщину за руку.

– О чем ты думала, когда...

Она перебила его:

– Все случилось быстро.

Но ждала я этого долго. У Романо дистрофия не только нервных клеток головы. Альцгеймеровский синдром у него начался с члена. Я с ума сходила. Думала, только в кино бывает такое: у кого-то не было секса несколько лет...

– Ну да, и ты ни о чем не жалеешь.

– Наоборот: раскаивалась каждую минуту.

– Тебе нужно быть последовательной до конца: вслед за одной глупостью совершить другую.

– Говори, я слушаю.

– Нам надо бежать.