Группа особого назначения

Он хитро подмигнул Татьяне, снова вогнав ее в краску. И пообещал, что спать будет крепко.

И – уснул как убитый.

Снились пацаны на рынке. «Что, брат с Севера приехал?» Санька не отвечает, только улыбается в ответ. А они, завидев грозную эмблему на его груди, метнулись от него, как от хищной птицы.

А утром он увидел Таню. И испугался ее вида: бледная какая-то! Но потом понял, что она еще не накрасилась. А чуть приглядевшись, уразумел, что так ей даже лучше, какая-то она домашняя стала.

Потом посмотрел на Колю и чуть не рассмеялся.

Таня приготовила завтрак, но Санька вчера так наелся, что даже кофе выпил с большим трудом. Затем был немедленно препровожден в ванную чистить зубы. О-о! Насчет зубов он крепко попал, тут за ним будет следить профессионал.

17

От удара, который ему нанес парень в кожанке, кочегар согнулся пополам. И тут же получил еще один, по почкам. Красиво к нему приложились, профессионально, удары хорошо отработанные, глубокие.

– Где он? – спросил Качура.

– Пошел на двор, – еле выдохнул кочегар.

Вадим Ещеркин, бросив на приятеля взгляд, быстро вышел. Через минуту вернулся.

– Никого, – сказал он, покачав головой. – Там есть еще одна дверь. К ней ведут свежие следы и какие-то к-круглые дырки на снегу. – Ещеркин сильно заикался, непроизвольно дергая горлом. – Он с п-палкой? Не молчи, придурок!

– Да, – прохрипел кочегар, рухнув на пол после очередного удара.

– Его заберем с собой, – распорядился заика, кивнув на рабочего.

Качура схватил дежурного кочегара за ворот и поволок к выходу.

Не таясь, они спускались по ступеням. Миновав один пролет, у приоткрытой двери увидели того, за кем так долго охотились.

Побледнев, Толкушкин поспешно отступал – чтобы, закрыв дверь, забаррикадировать ее собственным телом. И вдруг невольно всей массой тела опустился на больную ногу. Боль прострелила до самого мозга, потушив на некоторое время сознание.

– Привет, Витюша, – поздоровался Ещеркин. – Ты, должно быть, как я, с-стал заикаться. Часто вспоминали про тебя, приятель.

Мысли Толкушкина метались от себя к Елене. Он видел перед глазами ее распростертое на полу тело.

– Где бабки? Не скажешь здесь, разговоришься в другом месте.