Формула боя

Внешне – да, Рябов принимал это определение, но вообще интеллигентом он был только время от времени. Мягко говоря, подполковник был несдержан.

Он вынул шифрограмму заместителя директора ФСБ и снова перечитал.

– Тезисы, – пробурчал он, пряча бумагу в записную книжку.

Рядом сидел майор Семенов, с которым Рябов делил кабинет на Большой Лубянке, 1/3, и разговаривал по телефону. Услышав реплику начальника, он прикрыл трубку ладонью.

– Что? – Выгоревшие брови слегка приподнялись, резко контрастируя с черными волосами.

Семенов был на несколько лет младше Рябова, выше, полнее и еще более несдержан.

Рябов устало махнул рукой.

– Тезисы, – повторил он. – Скоро нас изнасилуют спецупаковкой. Ее диаметр составляет десять сантиметров при длине в тридцать два. – Подполковник невесело ухмыльнулся. – Хороший инструмент. Дернул же черт нашего болвана взять со склада «паралитик» именно в этой упаковке.

Семенов быстро закончил телефонный разговор. Он понимал опасения подполковника: спецупаковка представляла собой радиоуправляемую химическую мину с адской смесью.

Нужно только заложить ее в определенном месте, отойти на безопасное расстояние и нажать кнопку на пульте дистанционного управления.

Определенным местом могло быть метро в час пик, и тогда жертвы будут исчисляться не десятками и сотнями, а многими тысячами человек. Поэтому все сообщения из канцелярии ФСБ шли с грифом «Совершенно секретно». Не дай бог о хищении на складе ОВ узнают журналисты, неизвестно, во что это может вылиться.

«Отчасти Рябов прав, – думал Семенов. – Тезисы. Газетные тезисы: шок, пошатнувшееся доверие к правительству, правоохранительным органам; волна выступлений всевозможных фракций. Левые и правые поднимут панику, не дадут более-менее спокойно провести следствие и, может быть, подвигнут тем самым преступников к более скорым непредсказуемым действиям».

– Мина с А-232 – это почище ядерного чемоданчика, – доверительно сообщил Семенов.

Рябов скривился от набившего оскомину определения «ядерный чемоданчик».

Ничего похожего на чемодан подобные установки собой не представляли, Рябов видел их несколько раз, и правильно они назывались «ядерные устройства ранцевого типа». Весил такой ранец 38 килограммов, мощность от 0,1 до 0,2 килотонны, размеры – 35 сантиметров на 40 сантиметров на…

Оказалось, что Семенов закончил говорить о чемоданах и переключился на год 1919-й, когда в России рванули первые снаряды с отравляющим веществом.