Михайлова. Сборник детективных рассказов

Назревала крупномасштабная операция по поимке действительно опасного преступника. Оказалось, что не только дети влиятельных чиновников способны нанести вред бездомным, считая их людьми второго сорта. Среди бродяг тоже есть те, кто считает себя выше братьев по несчастью. Пусть даже это вызвано таким психическим расстройством как у Геннадия. Потому, если его и найдут – то максимум отправят на принудительное лечение в психушку. Вот только надо было его ещё найти. Кто знает, что будет, если он попадёт в другой город?

Познакомится с местными бомжами, вотрётся в их доверие, а потом бац – и очередное массовое убийство.

Самое обидное, что теперь задачей полицейских будет проверять всех бомжей во всех городах, чтоб найти опасного убийцу. А зная характер большинства патрульных – контакт с социально незащищёнными слоями населения – не их любимое занятие. В итоге, если он всё-таки покинет город – можно считать его навеки потерянным, и узнать о нём получится только по следу из трупов.

Внезапно на столе следовательницы зазвонил телефон. Подняв трубку, она молча слушала голос в динамике, параллельно рассматривая пейзаж в окне. Но спустя секунду резко перевела взгляд на помощника. Дурной знак, который Лисовой узнавал сразу. Это означало, что что-то случилось и им нужно срочно ехать.

– Поняла, едем. – произнесла Кира уже вставая из-за стола.

– Что там? – спросил Миша, не ожидая ничего хорошего.

– Ещё один труп, на этот раз на пустыре, внешне напоминающий бомжа.

– Опа! Он решил каждый день кого-то убивать? – его возмущение можно понять.

– Не знаю, едем. Может, он ещё где-то поблизости, и нам удастся его поймать.

Николай с интересом наблюдал, как полицейские собираются на выезд. В то же время ему теперь страшно выходить на улицу, потому как следующей жертвой может стать он.

– А что мне делать? – застенчиво спросил Коля. – Обратно в камеру?

– Нет, Николай, в камере мы тебя держать больше не имеем права. Тебе придётся идти на улицу. Но ты не волнуйся. Благодаря тому, что ты нам сегодня рассказал – мы его скоро поймаем.

– Эх. – с сожалением вздохнул гость. – Так, а пирожки эти несъедобные? Да?

Бродягу можно понять. Голод хуже яда.