Старик

– Не хочешь, значит, со мной общаться, – констатировал он, убрал руку с моего плеча и уселся напротив – за ученический стол.

Я вновь промолчал.

– Оставь ты этот журнал, – подначивал он, вальяжно развалившись на стуле. – Все равно никто не смотрит, что там у тебя чему соответствует, а что нет. Ну-кась, что за заголовок?

– Формирование навыков монологического высказывания по теме «Флора и фауна Австралии», – пробурчал я, не поднимая головы.

– Напиши просто «Австралия» – и дело с концом. Подумаешь, тоже мне.

– Уже начал, как в плане, – бросил я.

– Ничему тебя жизнь не учит, – издевался он. – Я тебе твержу-твержу, а ты не слушаешь.

– Ага. – Я приподнял голову, взглянул на него поверх съехавших на нос очков. – А потом меня за твою «просто Австралию» уволят к чертовой бабушке.

– Хе-хе. Кто ж тебя уволит! Ты ж живая легенда. Тебе каждый год грамоты да премии выписывают только за то, что ты еще не помер.

Да уж, тут он, конечно, прав.

Другой принялся постукивать тростью о пол. Наверное, воображал себя праздным молоденьким франтом, что сидит на скамейке на набережной, закинув ногу на ногу, высматривает дамочку посмазливее да полегкомысленнее.

Звук раздражал.

Только я открыл рот, чтобы одернуть Другого – распахнулась дверь.

– Анатолий Васи…

Я направил рассеянный взгляд на дверной проем. Пока фокус нехотя настраивался, я видел лишь темноту гудящего переменой коридора да размытое пятно лица на первом плане.

Судя по заминке, посетитель был чем-то удивлен.

Дверь захлопнулась, и мы с Другим вновь остались один на один. Мгновение мы играли в гляделки. В его глазах бесновалась озорная искорка торжества.

Пора признать: с Другим начались серьезные проблемы.

У меня свой кабинет. Классное руководство уже давно не дают, ибо не потяну, но с насиженной жердочки не сгоняют: начальство злобное, наглое, умом не блещет, однако хотя бы к тому, что мне уже тяжеловато ходить, они относятся со снисходительно-высокомерным пониманием.

Какого только мусора я не держу в своем учительском столе, вы б видели! Стариковская привычка ничего не выбрасывать. Летом учителя выгребают дерьмо из своих шкафов, столов, тумбочек. Но мне такие генеральные уборки с некоторых пор даются нелегко. Выкидываю что-нибудь по мелочевке, только когда нужно освободить место…

Так вот, дети постоянно забывают в кабинетах ручки, карандаши, линейки.