Цветок папоротника. Сжечь сикомору!

«Почему мужики такие отвратные всегда утром, а девушки такие красивые и манящие, даже после бурной ночи», – подумал про себя Михаил, осматривая два тела и поглаживая гладкий и нежный девичий зад и тихонько запел:

– А на губах твоих – усталый день затих,

Ты сладко спишь, а я шепчу тебе, родная…

Последние слова были сказаны слишком громко, отчего девушка проснулась, приподнялась и повернулась к Михаилу, удивленно осматриваясь по сторонам. Она еще не поняла, что совершенно голая и забыла прикрыть свою грудь.

– Будешь молока? – спросил у нее Михаил, протягивая бутылку.

– Да, спасибо, – ответила девушка сиплым спросонья голосом, принимая с благодарностью бутылку. После нескольких глотков белая струйка скатилась с ее тонких губ к высокой шее и дальше капельками опала на грудь девушки.

– Ой! – вскрикнула она, закрываясь руками и ногами, откинув молоко в сторону. Бутылка упала на затылок мирно спящего Сергея и стала выливаться ему на плечи.

– Да ладно не прячься, я уже насмотрелся, пока ты спала.

– Оль, ты чего мне плечи лижешь не пойму, чего я мокрый весь? – раздался голос проснувшегося Сергея.

– Оля, значит. А я Михаил, приятно познакомиться! – сказал он, протягивая руку, в ожидании, что девушка ответит на рукопожатие и снова оголит себя. Задумка не удалась:

– Ты – дурак?

– В смысле?

– А в том смысле, Михалыч, что ты с этой милой мадмуазель в банке познакомился, когда зашел туда наши последние еврики менять, которые мы вчера и пропивали, – пояснил Сергей, убирая с матраса полупустую бутылку и вытираясь одеялом, – так и уговорил с нами поехать.

– Припоминаю… А если познакомился я, то почему с ней лежишь ты?

– Так получилось, я ей больше понравился.

– Ребят, а ничего что вы в третьем лице обо мне в моем присутствии?

– Извини, пожалуйста… Дай сиськи потрогать.

– Убери руки от меня.

– Ладно-ладно. Сереж, мне на работу надо, вы хотите – идите на кровать, чего на матрасе мокром спать.

– С радостью согласимся, – ответил друг, встал и гордо голым пошел в комнату. Девушка обернулась в простынь (смогли же застелить еще) и посеменила вслед за ним, – зачем тебе только работать продолжать, Артем же сказал, что вот-вот продаст все.

– Когда продаст, тогда и уволюсь.

– Чего продаст? – спросила Ольга.

– Твою попку классную, – ответил Михаил, схватив девушку за задницу.