Грань: Ум

Поправь меня, если не прав.

– Безусловно. – кивнул ему. – Однако, это даже не сотая часть правды. Так как из этой комнаты ты не выйдешь, я расскажу тебе то, что не знает более никто в этом мире.

– Весь внимание. – саркастически заметил собеседник.

Вот ведь смелый какой. Ничего, сейчас я начну тебя потихоньку ломать. Вода, говорят, камень точит. При любом раскладе я узнаю все, что мне требуется. Жалко время, которое я трачу на этого чудака, но по плану у меня есть еще четыре часа, дальше подойдет дедлайн. За эту ночь я должен совершить все действия, а значит она будет очень долгой.

– Что ты думаешь о других мирах, – начал я издалека. – не похожих на этот?

– Они существуют. – спокойно ответил он. – Врата, через которые проходят монстры и льется сила, как раз и ведут в иные земли. Жаль, что нельзя пройти через них.

– Согласен. – кивнул ему. – Мой мир, откуда меня забросило сюда, пошел по другому пути. У нас нет магии, или я думаю, что нет. Мы развивали науки. Точные, естественные, гуманитарные.

– Так ты иномирец? – вскинулся он и задергался в путах. – Как ты попал к нам?

– Родилось это тело тут. – приложил ладонь к груди. – Росло тут, но вместе с силой пробудился и я прежний.

Он замолчал и глубоко задумался. Я шокировал его не слабо своими откровениями. Интересно, чего это он так замолчал и опустил голову? Наверняка думает, чтобы спросить. Уверен.

– Как тебя звали в своем мире? – наконец я расслышал глухой голос.

– Александр. – сознался я.

– И там ты был королем? – удивился он, вскинув голову.

– У нас нет такого деления по именам. – покачал я головой. – Чтобы ты понимал, лидером нации может быть и какой-нибудь Иван, или Саад. Ты не подумай, просто в нашем обществе не имена являются показателем статуса.

– Вы дикари! – возмутился он. – Так нельзя! Должно быть все структурировано!

– Ну да! – удивился в ответ. – В вашем случае все намного лучше. Имена, как показатель места в жизни, женщины в рабах, без права голоса, и необразованные крестьяне, которыми так легко управлять обученной знати.

– Так было всегда! – разозлился пятибуквенный.

Я вздохнул. Каждый мир и народ идет своим путем. Ясно дело, что их вполне устраивал тот, по которому они двигались. Я не против, просто он мне чужд. Живя в многонациональной и многоконфессиональной стране я привык не лезть со своим уставом в чужой монастырь, но и себе изменять не планирую.

– Может быть. – согласился с ним. – Может нет. Вряд ли кто-то уже узнает об этом.