Сотрудник инквизиции. Осатанелый город

Усугубляло положение наличие на точке бурения представителя Научной Ассоциации. Просто зацементировать скважину вряд ли удастся. Поднимется большой шум. И не только от научных историков. Ботаники, зоологи и даже близкие по духу экологи потребуют держать проход открытым, до получения полного минимума данных об этой вселенной.

Короче кризис был налицо. Надо было что-то делать.

– Ренегаты уже имеют полный доступ к получаемым данным? – Спросил Крюгер.

– Их представитель прибыл. Но по сообщению нашего представителя, не помню как его, тут пока все в порядке.

Члены совещания понимающе закивали головами. Дело это было понятное. Сами бы так сделали, если бы подвернулся случай.

– Вселенский Надзор, как положено, взял подписку о соблюдении строгой секретности. Так, что три месяца у нас в запасе есть. За это время нужно что-то сделать. Только непонятно – что.

Последовало продолжительное молчание, сопровождаемое переглядыванием, изучением потолка и смахиванием пылинок с поверхности стола.

– Нужно внести в проводимые исследования, свежую струю. Добавить человеческий фактор. – Неожиданно для всех, сказал Крюгер.

– Вы – о чем? – Зло спросила Тауберг.

– Отправим во вселенную «39—1658» для проведения полевых исследований в парочку наших первопроходцев.

– Что это нам даст? – Живо поинтересовалась Савская.

– Послав во вновь открытый мир своих резидентов, мы сможем более детально, чем «Система» ознакомиться со всеми нюансами и получить дополнительные сведения.

– Верно! – Сообразил о чем речь и ухватился за идею заместитель председателя. – Люди, не роботы. Они ничего не пропустят. Машина на магию не среагирует, а человек – обязательно.

– Все ровно ничего не понимаю. Люди, здесь причем? – Продолжала упираться Тауберг.

– Люди вернувшись, доложат о том, что пропустила электронная система наблюдения, дорогая.

– А, если не скажут?

– Скажут, дорогая, скажут. За те деньги и научные степени, которые мы им предложим, они и не такое скажут.

– Сколько у нас – подготовленных агентов, для этого периода? – Поинтересовался Кавендиш, обращаясь к заместителю.