Месть

 – Если книга чуть ли не разваливается в руках, то, значит, ею зачитывались. А раз ее читали, то она наверняка знала тепло людских рук и кому?то помогла скоротать не один вечер. – Он посмотрел на Сергея. – Вот скажите, если бы вы были книгой, то какой бы стали: домашней на полке или книгой в чьем?то рюкзаке?

Сергей закинул ногу на ногу, повторяя положение тела мужчины напротив. И поправил свои аккуратно зачесанные волосы:

– Книга не может выбирать, – ответил он.

– А если использовать эту идею как метафору? Если бы книга имела такую возможность? Прямо как человек.

– Способен, – сухо заметил Сергей.

– Вот если бы вы были той самой книгой, которая, как и человек, способна делать выбор, то какой бы стали? Книгой с полки, как за вашей спиной, – Андрей Михайлович кивнул на стеллаж с разношерстной литературой в шесть рядов, – или той, которая знала десятки читателей и не боялась быть порванной, которая приносила пользу и, возможно, поплатилась за это своим состоянием?

– А разве род моей деятельности не дает вам ответ? – поинтересовался Сергей.

– То, что вы выбрали профессию психолога, не говорит о том, что вы делаете это с такой же отдачей, как сборник стихов Бродского, гуляя по рукам. Хочу быть с вами честным. – Гость сделал паузу. – Вы слишком лощено выглядите: хорошо выглаженная рубашка, брюки, ровный пробор на голове, идеальная окантовка бороды, – все это говорит о вашем перфекционизме. В вас нет импровизации, свободы. Вы знаете, как жить правильно, но не знаете, как жить играючи.

– Вы всегда выбираете метафорический способ изложения мыслей? – поинтересовался Сергей.

– А вы всегда избегаете прямых ответов и переводите внимание с себя?

– Хорошо, если я отвечу, какой книгой стал бы, вы продолжите историю про Бродского?

– Конечно, я как раз для этого сюда и пришел, – усмехнулся Андрей Михайлович. – И, чтобы начать, я должен понять, тому ли человеку собираюсь открыться.

Сергей спустил правую ногу на пол и крепко уперся на обе пятки. Он немного подался вперед, прихватив планшет с чистым листом с подлокотника кожаного кресла.

– Вы хотите знать, какой книгой я бы стал, если бы у меня был выбор? – Сергей откашлялся. – Растрепанной. Если жить, то жить на полную катушку, таков мой девиз. Нет ничего тоскливей, чем делать что?то наполовину. Это не мой стиль. Моя философия – отдаваться без остатка.