Месье. Мошенник. Дон Жуан. КНИГА ПЕРВАЯ

Дзинь, раздался звук машинки и словно сигнал сработал для них, тут же загалдели. Мэр рухнул в кресло и, оглядывая всех присутствующих диким взглядом, в мыслях спрашивал себя, – «О чём это они? Что они мелют?». Затем он глянул на песца, который в панике пытался записать каждого.

Чик, чик, чик… Дзинь, дзинь, дзинь…

Звучало около десяти минут. Мэр ещё раз оглянул галдящих чиновников. Встал. И не спеша, направился к подьячему. Остановившись около него, Освальд, вчитываясь в писанину, держа в руках струящуюся бумагу, от злости закипал.

– Вы что издеваетесь!!! – Криком вырвалось из него.

Все тут же заткнулись. Мэр, вырвав струившиеся лист из машинки, стал небрежно его сворачивать.

– Теперь вы у меня попляшите. Я научу вас думать, – говорил мэр, подойдя к столу и достав конверт, куда убрал свёрнутую бумагу, – заклеив, воскликнул. – Депеша его высочеству! Все свободны.

Услышав эту фразу, песец тут же соскочил со стула и, взяв конверт, направился к выходу.

– Как это все свободны? И какая ещё депеша его высочеству, – возмутился главный городской судья[112 - Судья – должностное лицо, разрешающее дела в суде.] Дубовкин.

– Вот и я про тоже, – поддакнул полицеймейстер.

– Это мне депешу писать надо! – Воскликнул Энлон Менштон, ответственный за научное развитие страны.

– Кому писать, так это мне! – Туда же влезла агрономша Диана Землякова.

– Да что вы говорите, депешу должна писать я, – сказала социальный[113 - Социальный – общественный, относящийся к жизни людей и их отношениям в обществе.

– Я вижу, что вас мне отсюда сегодня не выгнать. Ну так ладно, хоть в чём-то от вас будет польза. Пишите, пишите все депешу… Конечно, какой мы здесь вопрос решим. И для чего мы здесь собираемся? Сидели бы дома, да и писали его высочеству депеши, – возмущался мэр.

После его речи все принялись писать депеши.

Вернёмся к нашему подьячему, который, промчавшись через «Часовую площадь» и запинаясь по лестницы, достиг кабинета его Высочества.

– Депеша его Высочеству, – сказал подьячий, обращаясь к секретарю.

– Положите вон туда, – сказал секретарь, указывая на тележку, подобной в мэрии, в которой уже находилось несколько таких же конвертов, то есть депеш.

Пётр Штатс взглянул в тележку, где тут же расстрелял глазами графу отправителей, посланий. Один был с военно-морских сил, другой из военного комитета, а третий просто подписан Джага Понт.