Эликсир для избранных

Жуть! Я оттуда вылез весь в паутине… Так ради чего страдал?

– Это, Виктор, бумаги твоего прапрадедушки – академика Заблудовского.

– Ух ты! А зачем они вам?

– Мне заказали статью о нем, – сообщил я.

– И много заплатят? – заинтересовался Витька.

– Боюсь, Витенька, ничего не заплатят, это – некоммерческий проект, имиджевый.

– А кто он был, прапрадед?

«Вот опять этот вопрос», – подумал я.

– Твой прапрадед, Витек, был видным советским ученым-физиологом.

– Физиологом? А это что такое?

«Вот сейчас он засыплет меня уточняющими вопросами, и я провалюсь», – с тревогой подумал я.

– Физиология – это часть биологии, – заявил я с важным видом.

Витька, услышав знакомое слово, заулыбался.

– Я в школе по биологии не успевал, – радостно сообщил он мне, – к тому же училка нам попалась контуженая, Евгения Ивановна…

– Это та, которой вы дымовую шашку в кабинет подбросили?

– Точно! А вы помните, дядя Леша?

– Еще бы! Такое не забывается. Скандал-то был какой! Если бы вас, балбесов, поймали, из школы бы точно выперли!

Мы поболтали еще пару минут, и Витька собрался уходить.

Уже в дверях он спохватился и воскликнул:

– Тьфу! Вот балда! Чуть не забыл! Мама вам еще тут просила передать. Отдельно.

И Витя извлек из кармана небольшой сверток, обмотанный пленкой и заклеенный скотчем. Рассмотреть, что там внутри, было невозможно. Я взял сверток и взвесил его на руке. Он был совсем легким.

– Ну, я пошел, дядя Леша, – бодро заявил Витька, наматывая на шею шарф.

– Спасибо тебе, Витя, за помощь, – сказал я.

– Не за что! Напишете статью – дайте почитать.

– Непременно. Маме с бабушкой – привет!

– Обязательно.

Виктор ушел, а я постоял еще несколько секунд в прихожей, рассматривая загадочный сверток. Потом пошел на кухню, взял нож и осторожно рассек пленку. Внутри оказался еще один слой упаковки – из бумаги. «Узнаю сестру Катю, – подумал я, – всегда аккуратная, другая побросала бы все в пакетик, и баста!» Я вскрыл бумажную обертку, но не очень ловко, и на стол с громким стуком выпали три предмета – две небольшие прямоугольные деревяшки и маленький металлический кругляш с кольцом.

Я повертел в руках сначала одну деревяшку, потом другую. Это были угловые штампы, такие в прежние времена ставили на документы. Они были очень старые, ручки отломаны, полировка на дереве совсем облезла, а печатающая поверхность покрылась толстым слоем засохших чернил фиолетового цвета. Я попытался разобрать надписи, но не смог.