Ковен Серой Совы

Мгновенно оказавшись перед ним, левым клыком пытаясь достать глотку капитана. Брэвар, закончив свою речь, преобразовал свой магический щит в клетку, что опять стала защитой от атаки эльфийского кинжала.

– Когда ты успел! – истерично кричал Тэй, избивая прутья магической клетки, стирая лезвие кинжала – Так не должно было случиться! Не снова!

– Тэй – леденящим тоном заговорил Брэвар – Я изгоняю тебя из Кранхайтов.

– Нет! – про себя произнёс Тэй – У меня есть ещё туз в рукаве.

Призвав в свои ладони новые два кинжала и в один замах, разрубил магические прутья, чуть не задевая грудь Брэвара – Давай поиграем, капитан!

Капитан быстро отошел в сторону и удивился скорей не разрубленной клетке, а тому, где он умудрился достать антимагические кинжалы.

– Пора убирать мусор, ты так не считаешь? – живо произнёс Брэвар.

– Единственный мусор здесь – только ты! – Крикнул Тэй. Покрывшись магической аурой, что отбросила легкий синее сияние вокруг. Крепче взявшись за рукоять кинжалов, став искажаться перед его глазами, появляясь в разных сторонах. Со спины, сверху, с боку, и быстро перемещаясь с одной точки в другую. Движения были настолько быстрыми, что ликование и изумлённый возглас присутствующих не ожидали от него такого… Не зря он был его заместителем.

Брэвар уже хотел сказать: «И это всё?» да не успел. Тэй появившись перед ним в полутора метрах, стал совершать свой эльфийский танец парного клинка. Правой рукой нацелившись в солнечное сплетение, а левой в случае чего, атакует. Теперь он точно попался! Брэвар радостно усмехнулся и двинулся вперёд, используя рывок. Блокировав правую руку захватом и заходя за спину. Сильным толчком в правое плечо свободной рукой, издав характерный звук перелома.

– Кха! – издал звук Тэй выронив свои кинжал с правой руки.

Но на этом, Капитан не остановился… продолжая свой победоносный натиск. Воспользовавшись его болевым шоком, перекидывает эльфа через себя и совершает оному сильное столкновение лицом об каменным пол, что в разы ухудшило положение бывшего заместителя. А приземлившийся визави, оказался на липкой странной поверхности, что вновь выдавала себя магическими письменами.