Эффект присутствия

А шеф уехал к себе в Подмосковье до третьего числа, сказал: «На отчетах встретимся». Саша остался на хозяйстве. Надо проследить, чтобы в коллективе начали пить хотя бы не с утра, а ближе к обеду. Когда же закупать все к празднику? Завтра в магазинах не протолкнёшься. Хорошо еще, подарок Оле успел купить. Сколько времени, кстати? Блин-компот, опять до половины девятого просидел…

Кораблёв стукнул по выключателю, свет потух, зато заверещал телефон, противней и требовательней, чем обычно. Хорошего от этой трели ждать не приходилось.

«Сниму трубку – сниму проблему», – не сомневался Саша.

От проблем в его должности не убежишь и не спрячешься. Он уже знал, что это не мамка звонит, чтобы поторопить сынулю домой, к вкусному ужину. Когда мамка звонит, трель другая – мелодичная, мурлыкающая.

Не включая света, вернулся к столу, взял трубку.

– Слушаю.

– С наступающим тебя, Александр Михалыч, с наступающим, – зачастил знакомый голос оперативного дежурного по УВД. – У нас тут незадача. Два трупа в машине на Васнецова, десять.

– Что за трупы, Андреич? – Оставалась ещё надежда, что трупы некриминальные, что влюбленная парочка задохнулась в гараже, случай распространенный.

– Не знаю, дорогой Александр Михалыч, минуту назад сообщение принял! – Андреич, действующий ветеран, подполковник, только чистого милицейского стажа имевший двадцать семь лет, мог себе позволить разговаривать с и.о. зампрокурора в таком тоне.

Саша и не думал обижаться, отношения у них были полуприятельские.

– Винниченко у нас дежурит, Андреич, – сказал Кораблёв. – Не знаю, куда вы график девали, неделю назад вам новый направляли.

– Профессор Винниченко? Бориска? Всё понял, поднимаем. У него городской есть?

– Да. А судмедэксперта подняли?

– Вам первому доложили, – дежурный, отдавая дань новой должности Кораблёва, перешел на «вы». – Сейчас будем судика[5 - «Судик» – судебно-медицинский эксперт (проф.

– На этой неделе Никульский выезжал. Ему звоните.

– Понял! – Дежурный отключился.

Саша вышел в полутемный коридор, запер кабинет, подергал для верности ручку. Не горим и не тонем. В прокуратуре никого не было, несколько дней подряд он покидал корабль последним. На сигнализацию сдавались только кабинет прокурора и канцелярия.