Эффект присутствия

Жалился, что ничего не успевает. Нынче всё решится!»

За завтраком Рязанцеву кусок хлеба в рот не полез.

Третий сокамерник, Яшка, с удовольствием срубал Андрейкину пайку. Этого Яшку в своей хате Рязанцев и Проскурин обнаружили вчера, когда с тюрьмы спецэтапом приехали. Он сидел со второго января за грабеж. Пьянствовал с дружбанами в баре «Лель», второй день нового тысячелетия отмечал, пьяный был в хлам. Вышел за угол отлить, – в респектабельном «Леле» туалета не имелось. В подворотне разодрался с посетителем того же заведения.

Мужик убежал с разбитым таблом, оставив слетевшую во время потасовки норковую шапку. Яшка, чтобы добро не пропадало, головной убор подобрал, сходил в знаменитый дом «семь-восемь» на улице Абельмана, загнал там трофей за три сотни самогонщице, после чего вернулся в «Лель» дальше отдыхать. И тут избитый мужик привел в бар ментов.

Яшка возмущался: зачем этот фофан сбежал, позабыв свою долбанную шапку? Не брось он шапку, ничего бы не случилось. Для Яшки ответ на вопрос «кто виноват?» был предельно ясным.

В «бээсную» камеру он попал потому, что в начале девяностых прослужил год водителем в роте ППС. После увольнения сменил множество мест работы. Шоферил, пока права за пьянку не отобрали, и подсобником на стройке вкалывал. В последнее время перебивался разовыми калымами.

– Стой на своем мёртво, и получится у тебя побои и кража, а не грабеж с насилием, – напутствовал Яшку юридически подкованный Проскурин. – Говори, что умысел на завладение чужим имуществом у тебя возник, только когда мужик убег, и ты на снегу шапку увидел.

Похитил ее тайно! За побои и кражу получишь условно. Я – знаю!

За квалифицированную консультацию Яшка согласился убираться за Проскурина в камере. Сегодня по графику как раз следака была очередь дежурить. Андрейку это покоробило, но встревать в чужое он не стал, Яша – взрослый мужик.

Время тянулось невыносимо. Так как часов в камере не полагалось, Рязанцев то и дело обращался к постовому милиционеру. Раз на пятый постовому надоело, и он закрыл кормушку.

– Андрон, ты реально достал! – возмутился Проскурин. – Из-за тебя нам кислород перекрыли!

Следователь восседал на нарах, по-турецки скрестив ноги, читал потрепанную книжку из серии «Черная кошка».

Андрейка уперся кулаками в стену, начал отжиматься. Досчитал до пятнадцати и бросил. Лег на матрас, сразу вскочил. Стал копаться в пакете, где у него канцелярия хранилась, решил написать жалобу на произвол следствия.