Битва за страну: после Путина

Ноги, единственная живая часть тела, вдруг побежали сами, протопали тридцать метров, вынесли к тускло освещенной остановке, где – редкость для такого часа – толпились люди. Шаги сзади затихли, голова смогла обернуться, и глаза увидели силуэт, резко свернувший в кусты. Потом узнала: той осенью в этом районе были убиты и ограблены две девушки.

В тот вечер смерть посмотрела ей в глаза. Другая смерть, другой человек. Гораздо опаснее того ночного охотника. И уши донесли до мозга короткий, безусловный приказ:

– Больше не подходи.

Айгуль, кажется, кивнула. И, еле сдерживаясь, чтобы не рвануть, выбралась из дальнего зала. Подошла к освещенной стойке бара, под привычные тупые шутки бармена Пашки – пусть. Сейчас барная стойка стала той самой людной остановкой, где можно отдышаться и понять: смерть осталась в стороне.

– …Что же касается естественности, – продолжил любитель эспрессо, – то такой задачи перед вами, скорее всего, не будет. Наоборот, отработка объекта должна пройти максимально показательно.

– Хорошо, – ответил Турок, – буду ждать окончательную информацию об объекте.

– А вам приходится одновременно работать по нескольким заказам? – спросил Эспрессо, вглядываясь в сторону ушедшей любопытной официантки.

– Да, – то ли сказал, то ли кивнул Турок.

– Мой объект должен стать вашей основной работой. Совместительство исключено.

– Можно и так. Гонорар в этом случае увеличивается, сами понимаете.

Эспрессо развел руками: сам понимаю.

– Договорились, – сказал Турок, выцедив остат ки кофе. – Жду объект. В ответ – согласие, сумма и счет.

– Договорились. Успехов, – сказал Эспрессо. Сунул под невостребованную пепельницу две бумажки, встал, поспешил к выходу.

Его партнер поставил чашку на стол. Взглянул, убедился, что оставлено достаточно, и неторопливо поднялся…

В правилах «Большой турки» было четко оговорено: над душой у платящего клиента не стоять, но непременно проверять счет, пока не вышел. Пусть. Айгуль приготовилась сама заплатить за две чашки кофе.

А тот уже удалялся. На пути к двери приостановился напротив бара. Айгуль обмерла: лишь бы голову не поднял, не посмотрел на нее.

Обошлось. Шаги ускорились. Хлопнула дверь, и смерть вышла из кофейни.

Часть 1

Глава 1

7.55

– Если человек жив, он должен встать… О, уже встал, – констатировала Татьяна.

Столбов и вправду уже встал.