Битва за Кремль

Шоферы подгоняли чиновника гудками и собирались конвоировать до областной администрации, на очную ставку с губернатором. Пусть скажет: своей ли волей врал или по приказу начальства.

Что скажет бедный Крупицын?

Губернатор этого тоже знать не знал и узнавать не собирался. Потому-то обладминистрация и ввинчивалась в нарастающий ужас с той самой минуты, когда стало известно о грядущем нашествии на город колонны дальнобойщиков.

И все же еще больше, чем возмущенных шоферов, губернатор боялся неизбежных отзвуков события.

Пока что происходившее в области умещалось в рамки погодной сводки, совмещенной со сводкой ГИБДД. Но теперь происшествие пахло открытой формой социального протеста.

– Феденька, ты проверял, утекло что-нибудь? – спросил он.

Федя Кинжальников – начальник информационного департамента, по совместительству пресс-секретарь губернатора и лидер областного отделения корпуса «Наши» – отрицательно помотал головой.

– Все в порядке, Олег Вячеславович.

Суббота, тишина, футбол. Дальше области новость не пошла. Только в центральных агентствах есть сообщения со ссылкой на нас, что дорогу расчистим не позднее пятницы.

– И кто тебя за язык тянул? – рыкнул губернатор, забывший, что именно он и тянул.

Феденька благоразумно отмолчался.

На пороге появился Анатолий Стрелецкий, начальник областного УВД. Вообще-то ему бы следовало отслеживать ситуацию в своей конторе и принимать решение. Но главный силовик области надеялся, что заморочка рассосется вне пределов его компетенции.

Если дойдет до ОМОНа, то крайним в итоге будет он.

Поэтому Стрелецкий и бродил за губернатором, как за президентом ходит адъютант с ядерным чемоданчиком: я хранитель кнопки, но, когда применять, решать не мне.

– Ты гаишников на дороге выставил? – спросил губернатор, предчувствуя, что собеседник мотнет головой.

– И не пытался. Народ озверелый – увидят ментовскую машину на дороге, так еще по газам поддадут.

Надо коммунальную технику ставить, в два ряда. Она вообще-то готова…

Стрелецкий замолчал, и губернатор, казалось, услышал непроизнесенные слова: «Но без вашей санкции блокировки не будет».

– А с личным составом как?

– Тут тоже не очень хорошо. Половина ОМОНа в Заборском. Пятидесятилетие леспромхоза, следят, чтобы мордобой без поножовщины обошелся.

В кабинете воцарилась тишина, нарушаемая лишь мерным постукиваньем ходиков.