Битва за Кремль

Часть дистанции сообщала, сколько и кому осталось до дембеля да еще откуда родом служивые: «Слава и Вася из Самары», «Петруха и Колян, привет городу-герою Орлу!» Дальше надписи пошли разнообразней: «Юрфак круче всех!», «Слушайте крысы – мы фанаты „Алисы!“», «Ваня любит Олю из третьей группы». Три раза кто-то пытался провозгласить «Спартак» чемпионом, но каждый раз надпись затирали ногой и чемпионом объявляли «Зенит». Кто-то творил пальцем, кто-то лопатой, кто-то – собственной струёй.

Наконец снежные граффити закончились.

Васин КамАЗ притормозил возле Столбова. Тот показал на часы.

– Без четверти полдень, – вздохнул Вася, – а я к вашей машине уже присмотрелся…

– Ну не повезло, уж звиняй. На хозяина работаешь?

– Ага.

– Будешь работать на хозяина – зырь только на секонд-хенд или на всеволожские «форды». Хочешь такую тачку – работай на себя. Покупай, вози, продавай.

Вася хотел то ли возразить, то ли согласиться, но Столбов его перебил:

– И в следующий раз не быкуй, как вчера. Спасибо, на меня нарвался. Сам подумай: что дешевле – трассу за ночь расчистить или из кустов по колесам из РПГ шмальнуть?

– Так это совсем уж беспредел. И проблемы потом.

– Верно. Но тебе от этого легче было бы?

Вася не ответил, а только еще раз взглянул в лицо Столбову. И еще раз порадовался, что прошлым вечером не стал артачиться и рваться в город, а поверил.

– Счастливого пути, дальнобой.

Вася закрыл дверцу, прогудел и стронул КамАЗ. Колонна протянулась следом, каждый, проезжая мимо Столбова, выпускал в морозный воздух длинный гудок.

Столбов уже садился в машину, когда мобильник затрясся в кармане.

– Слушаю. Васильич? Хорошо, подожду.

Минуты через три подъехал «мерседес» из губернаторского гаража, естественно, черный. Из него вышел вице-губернатор.

– Поручили проверить работу? – усмехнулся Столбов.

– Самому было интересно, управишься ты или нет. Вот проехал.

– Сам губернатор не хочет спасибо сказать?

Васильич сделал гримасу, которую можно было понять так: ты еще попроси его совершить суицид.

– Ну не хочет, вольному воля. Меня одно интересует: как так можно, десять лет просидеть в губерах, а отношений с вояками не выстроить? Или всерьез поверил, что армия уже не нужна?

Васильич смолчал и тут.