Любовь и недоразумения. Сборник рассказов

 – Неужели ты и мысли не допускала, что когда тебя нет, я могу быть с кем-то? Тебе так трудно было позвонить и сообщить о своём приезде? Ну, ладно, ты не думаешь обо мне, но о детях ты должна думать? Разве не должна ты, как мать, беречь их детские чистые души от всего грязного?

– Ты понимаешь, что теперь творится в их маленьких душах, – в голосе Ивана слышалась искренняя обида, – после того, как они увидели всё… это… что здесь творилось. И после всего, что ты натворила, ты ещё смеешь утверждать, что любишь своих детей и заботишься об их душевном спокойствии?

– Да если бы ты любила их, то сто раз бы подумала! – Иван перешёл на крик, – прежде чем приезжать домой! – орал Иван.

 – Без предупреждения. Сто раз подумала бы!

«Может, всё же сковородкой? Не сейчас, конечно. А когда он будет обедать, например. Подойти сзади и дать ему хорошенько по затылку… Нет. Не получится. Ну, допустим, что сковородку я сумею взять в руки и даже поднять её на должную высоту, но хорошенько ударить – это вряд ли. Силы не хватит.

В лучшем случае сковородка просто потащит меня за собой и оставит на его голове шишку. В результате, я получаю год, и он счастлив».

– Что ты смотришь? – сказал Иван. – Что ты уставилась на меня? Губки дрожат, кулачки сжала. Ну, что? Ударить меня хочешь? Ну, ударь. Может, тебе легче станет? – мерзкая улыбка была на лице Ивана. – Скандалистка! – вдруг закричал он, срываясь на фальцет.

Наталья даже вздрогнула от неожиданности.

«Размечтался, – подумала она. – Ударить тебя. Нет уж.

А после отвечай? Не дождёшься. Я тебе по-другому как-нибудь отомщу».

– Детей зови! – злобно прошипел Иван. – Смотрит она у меня тут.

Пришли дети.

– Дети, – сказал Иван. – Тут такое дело. Всё, что вы вчера увидели, когда… вернулись со своей мамой домой… Как бы это вам лучше объяснить? Я не знаю, что вы там думаете, но хочу, чтобы вы знали, мне не нравится, когда дети себя плохо ведут. Вы меня поняли?

– Поняли, – нестройным хором ответили дети.

– Вам ясно?

– Ясно.

– Когда вы станете взрослыми, – сказал Иван.

 – Вы поймёте, что у родителей нет никого дороже их детей. Идите в свою комнату и помните, что… я вас люблю.

Дети ушли. Иван посмотрел на жену.

– Ты вот что… уясни, – сказал он. – О разводе даже не думай. Развода я тебе не дам. По мне так пусть тебя лучше вообще не будет, чем если мы разведёмся, и ты станешь свободной и счастливой женщиной. А ведь ты, наверное, только об этом и мечтаешь все эти десять лет, что мы вместе.