Хранители Беловодья. Ожившая легенда

Не обращая, внимания на руки-пропеллеры он отправил ещё несколько молний. Спустя пару мгновений конкурент испустил свой последний вздох. Сразу после этого у него на спине появилась сумка-исчезайка. Отличный и удобный артефакт, который не представлял огромной ценности, но до сих пор не встретился Казимиру. Иметь бездонную сумку, которая к тому же исчезает, очень удобно. После смерти владельца такая сумка проявляется и становится доступна для нового хозяина. Чародей, облачённый во всё чёрное, несмотря на жару, подошёл к побеждённому противнику и взял награду.

Какого же было его удивление, когда в сумке он обнаружил ещё один браслет из набора Герхарта.

– Вот я удачливый чертяка! – даже немного подпрыгнул на радостях Казимир.

Помимо прочего в сумке также был обнаружен дневник деда Колльбейна, чародея Норвуда. Собственно, именно из дневника он и узнал имена и подробности жизни этого семейства. Быстро пролистав толстый дневник, убрал его в сумку, чтоб заняться тщательным изучением уже в самолёте на обратном пути.

На поиски второго браслета, за которым собственно он и прилетел в такую даль, ушёл целый день. Самым сложным было найти место захоронения вождей среди многочисленных побеждённых природой строений. Обыскивая те здания, в которые удавалось проникнуть, он наконец, наткнулся на древний склеп. Не испытывая трепета перед исторической находкой, Казимир бесцеремонно, в спешке обыскал все захоронения и таки обнаружил ещё один браслет.

Его радости не было предела. Убрав находку в теперь уже свою «исчезайку», он направился сквозь джунгли обратно.

Отличное настроение не покидало его. И даже усилилось, когда в многочасовом перелёте он изучил дневник Норвуда. Это была первая серьёзная находка, которую Казимир утаил от Леонида. В конце концов он тоже имеет право на тайны.

А то, что наставник утаивает подробности отдельных сторон своей жизни, не вызывало сомнений. Не раз он натыкался на таинственных личностей, выходивших из кабинета Леонида в мастерской. На любые вопросы о прошедшей встрече, тот начинал заметно нервничать.

Секретарь тоже ничего не знала об этих людях. О них даже записи не велись в журнале посещений.

Ясно было одно: ювелир не так прост, как ему хочется выглядеть. Потому Казимир нисколько не сожалел о том, что ни словом не обмолвился о дневнике. Достаточно и того, что из наспех проведённой операции он привёз сразу оба браслета из набора Герхарта. Леонид прыгал от радости, едва не разбив хрустальную люстру в прихожей.