Военно-политический роман. Повести и рассказы

Он служил пограничником на Дальнем востоке, получил там контузию и сильные обморожения во время китайско-советского конфликта на Даманском, почти год провалялся в госпитале и был комиссован.

– Ну, дай я тебя ещё обниму, – снова начал Саня.

– Нет, уж, хватит, лучше я тебя – вскричал в испуге Михаил, ещё не придя до конца в себя после первых восторженных объятий брата. Осторожно, готовый отпрыгнуть, обнял Саню:

– Здорово, братан, я тоже скучал. А это – мой друг Валера, познакомьтесь.

Саня тут же без церемоний схватил Валеру, несколько раз подбросил, промолвив торжественно:

– Друг моего брата – мой друг, а я Саня! Поставил его на землю, сгрёб все вещи, что были у ребят в охапку и скомандовал:

– За мной, машина там, – указав подбородком в сторону вокзала, Саня уверенно двинулся сквозь толпу приехавших, встречающих и провожающих, расчищая грудью друзьям путь, они обескураженные засеменили за ним на привокзальную площадь.

Саня приехал на райкомовском «козлике», на котором работал личным водителем большого по тем меркам того времени начальника, курировавшего выполнение районом государственных планов по выращиванию продуктов животноводства и растениеводства.

Загрузив ребят и вещи в машину, Саня лихо рванул с места, через пятнадцать минут они уже ехали по бескрайним и удивительно красивым сельским просторам. Саша свой край любил не меньше, чем младшего брата. Михаил, родившийся в этих местах, знал здесь каждый лесок и поле, но каждый раз, встречая его, брат по дороге вновь и вновь начинал показывать и рассказывать Мише все прелести малой Родины.

Миша его слушал, не перебивая, с удовольствие, как соскучившийся блудный сын по своему родному краю, он готов был выскочить от восторга из машины, упасть в это русское поле, в рожь и часами просто лежать и слушать дыхание родной земли, пение птиц. Готов был смотреть и смотреть на это всё такое близкое и дорогое его сердцу, потому рассказы Сани для него были, как бальзам на душу.

Михаил глянул на Валеру, который тоже восторженно созерцал с замиранием сердца проплывающее великолепие за открытыми окнами автомобиля. Мишу переполняла гордость за своего брата – настоящего русского богатыря, будто сошедшего с былинной картины, за леса и поля его Родины, захотелось тоже хвастать и восторгаться, но дыханье перехватило, и слова не шли наружу.

Душа Валеры была переполнена схожими чувствами.