Ваганьковский приют

Хорошо? – Она опустилась в кресло, выпустила дым и вытянула ноги. На ней были разбитые мужские кроссовки.

– Ты так ее боишься?

– Она страшный человек, всех насквозь видит. Как ты с ней живешь? Лишь бы чемодан не попал ей в руки. Тогда я влипла. Она все скажет Светке. И та меня убьет. Это уж точно! Но ей чемодан не нужен! – она закрутила головой. – Столько лет пролежал в темной комнате, и она о нем не вспоминала. А мне хотелось бы получить за него тысячу, может быть, побольше. Ты не одолжишь мне, кстати, немного? Я на полной мели.

– Сколько?

– Ну хотя бы сотен пять.

– Пять сотен дать не могу, а три дам, – он вытащил из портмоне три зеленые купюры и положил их на стол.

Вероника тотчас сунула деньги в карман кожаной юбки.

– Когда Света уедет, я зайду, – она улыбнулась. Лицо у нее заметно посветлело. – Долг вернуть. Главное, чтобы Риты не было дома. И мы с тобой расквитаемся. Ты только сохрани чемодан. И Рите ни слова, – и поднесла тонкий пальчик к порозовевшим губам.

Они посидели совсем немного, около получаса, допили коньяк, покурили, обсудили новое замужество Светы. Валентин пообещал узнать насчет ворожеи. И Вероника ушла. Почти ушла. Потому что в прихожей у самой двери она неожиданно обняла его, и он впился в ее соблазнительные губы. Она дрогнула, обмякла, он попытался поднять ее на руки, она слабо сопротивлялась, задыхалась, стонала, он стал расстегивать ей блузку, стаскивать юбку.

Когда она ушла, на полу оставался чемодан. Несколько минут Валентин приходил в себя, лицо горело, колени дрожали, а потом как сумасшедший носился по квартире, искал место для укрытия чемодана. И едва успел его убрать, спрятать бутылку, раскрыть окна, чтобы выветрить сигаретный дым, как в двери раздался звонок. Первой его мыслью было: – Вероника вернулась. Он заулыбался, приготовил первую фразу. И не мог раскрыть рта.

Рита продолжала в нетерпении двигаться в гостиной взад-вперед. Она не могла избавиться от запаха чужого женского тела. От аромата косметики. Они ее раздражали. Ей нужно было освободиться от них, но даже свежий воздух не помогал. Что произошло в доме в ее отсутствие? Кого он принимал? Что за женщина? С кем он переспал? Может быть, в ее постели? При одной этой мысли ее всю передергивало.