Еретическое путешествие к точке невозврата

Даже отец Иона, уплетая скворчащее мясо, больше не выглядел сосудом мировой скорби. О вчерашнем странном госте и неприятных разговорах по молчаливому уговору не вспоминали. После завтрака быстро свернули лагерь и двинулись в путь.

Лошади бодро бежали по лесной дороге. Вольфгер, насвистывая неприличную солдатскую песенку, ехал первым, иногда придерживая нависающие ветки, чтобы они не хлестали по лицу монаха. Пару особенно капризных ветвей он лихо срубил мечом, радуясь превосходной заточке клинка. Карл молча ехал сзади.

В полдень Вольфгер остановил коня, достал из сумки карту, долго вертел её туда-сюда, пытаясь сориентироваться, наконец, догадался и, придерживая пальцем найденное место, обернулся к Карлу:

– Скоро должна быть развилка, нам надо будет свернуть направо, правильно?

– Да, господин барон, – ответил Карл. Он легко ориентировался и без карты. – Налево будет деревня, а дорога на Дрезден – направо.

Вольфгер кивнул, убрал карту и тронул каблуками бока жеребца. Вскоре появилась и развилка, отмеченная огромным дубом, росшим между двумя дорогами.

Такие дубы в народе называли «королевскими», поскольку в старину царственные особы часто вершили под ними суд, а королевские палачи использовали крепкие сучья для скорого исполнения приговоров. К счастью, этот дуб не был осквернён ни одним трупом. Вольфгер облегчённо вздохнул, тронул поводья, чтобы свернуть направо, и вдруг остановился:

– Эт-то ещё что такое?!!

На дороге, ведущей в Дрезден, сидел кот. Кот был здоровенный, угольно-чёрный, без единой белой отметины на шубке, с пронзительно зелёными глазами.

Кот бесстрашно и внимательно смотрел на Вольфгера, не собираясь уступать дорогу.

К барону подъехали отец Иона и Карл.

– Откуда в лесу кошка? – удивился Вольфгер.

– Может, дикая? – спросил отец Иона.

– Дикие – они пятнистые, а эта чёрная, как сажа. Нет, она домашняя, глянь, вон какая гладкая, шкурка аж блестит, наверное, хозяева кормят от пуза. Только почему так далеко от дома? И ведь не боится ничего.

– Значит, деревня рядом, – пожал плечами Карл. – Наверное, дети с собой притащили и бросили. И потом, ваша милость, это не кошка, а кот, морда самая разбойничья.

Разбойничий кот встал, потянулся, подрагивая толстым, пушистым хвостом, ещё раз взглянул прямо в глаза Вольфгеру, развернулся и поскакал в сторону деревни. Добравшись до поворота, он опять сел и стал смотреть на Вольфгера.

– Будь я проклят, по-моему, он зовёт нас за собой! – воскликнул барон.